«ТУХЛАЯ» БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА

После кризиса задолженности 1982 г., кризиса сбережений и займов в США в конце 1980-х гг. и финансового кризиса в Азии в 1997 г. кризис системы субстандартного ипотечного кредитования стал четвёртым крупным банковским кризисом после Второй мировой войны, и, несомненно, крупнейшим из всех. Согласно данным МВФ, общий убыток списанных с балансов кредитов составит практически 1 триллион долларов во всём мире, из которых львиная доля, скорее всего, ляжет на финансовые институты США. Учитывая, что совокупный собственный капитал всех финансовых институтов США равен примерно 1,2 триллиона долларов, данная сумма поражает.

Отчего случился этот банковский кризис? Неужели банковские управляющие настолько некомпетентны? Зачем они берут на себя риски, ставящие их банки на грань банкротства? Ответ заключается в сочетании плохой системы бухгалтерского учёта и различных последствий нравственной опасности, сопряжённой с риском, которые не были учтены существующими системами регулирования.

Плохая система бухгалтерского учёта – это Международный стандарт финансовой отчётности (МСФО), использующийся в настоящее время крупными компаниями во всём мире. Недостаток МСФО заключается в том, что он неспособен смягчить систематические отрицательные воздействия движения цен активов. При движении цен активов, фирмы, владеющие ими, вынуждены от квартала к кварталу производить их переоценку в своих балансах. Предоставление своевременной отчётности о нереализованном приросте капитальной стоимости и понесённых убытках делает цены акций компаний неустойчивыми, посылая взрывные волны через всю финансовую систему.

Альтернативным вариантом была бы предупреждающая системы бухгалтерского учёта, подобная системе, которой пользовались все немецкие компании, прежде чем начался переход к МСФО. В традиционной немецкой системе активы компании оценивались в соответствии с «принципом наименьшей цены»: для целей бухгалтерского учёта необходимо пользоваться наименьшей исторической ценой активов и их текущей ценой. Это позволяло управляющим преследовать более долговременные цели и оказалось эффективным в сдерживании отрицательных эффектов движения цен активов. Это, вообще, было основной причиной стабильности немецкой финансовой системы.

В текущем кризисе наибольшее значение имеют три последствия нравственной опасности, сопряжённой с риском. Во-первых, зарплата руководства слишком сильно зависит от кратковременного изменения цены акций, что, возможно, объясняется избыточным воздействием инвестиционных банков на политику коммерческих банков. Учитывая то, что инвестиционные банки могут получать высокие прибыли в мире нестабильных цен активов и кратковременных целей, компании вынуждают своих руководителей следовать их примеру.

Во-вторых, принятие банками на себя избыточных инвестиционных рисков объясняется их ожиданием того, что в случае необходимости их спасут правительства. Так было во время кризиса сбережений и займов, когда правительство открыто взяло на себя роль страховщика вкладов. Банки могут заниматься чрезмерно рискованными проектами, не отпугивая инвесторов, поскольку правительство возьмёт на себя роль кредитора последней инстанции.

Во время кризиса системы субстандартного ипотечного кредитования явно происходило нечто подобное, когда банки убеждали правительства в том, что они слишком крупны, чтобы потерпеть неудачу. Тот факт, что Банк Англии выручил банк Northern Rock, а Федеральная резервная система США помогла банку Bear Stearns, предоставив ему 30 млрд долларов, подтверждает их ожидания.

В-третьих, и, возможно, самое важное, нравственная опасность, сопряжённая с риском, возникает по причине ассиметричной информации между банками и их заёмщиками. Банки выпускают ценные бумаги с привлекательными номинальными процентными ставками, но с неизвестной вероятностью окупаемости. Зачастую создаются ценные бумаги, поддерживаемые капиталом сложной структуры, содержащим и хорошие, и плохие активы, поэтому их подлинный риск крайне трудно оценить. Во время тек