Состояние мира

Все мы признаем сегодняшние риски. Глобальный финансовый кризис. Глобальный энергетический кризис. Глобальный продовольственный кризис. Торговые переговоры провалились, вот уже в который раз.

Есть новые вспышки войны и насилия. Изменение климата все больше угрожает нашей планете. Мы говорим о том, что глобальные проблемы требуют глобальных решений.

И все же, действуем ли мы? По правде говоря, в настоящее время мы также столкнулись с кризисом другого сорта - борьбой за глобальное лидерство. Возникают новые центры власти и лидерства - в Азии, Латинской Америке и во всем новом развитом мире.

В этом новом мире проблемой все чаще является сотрудничество, а не конфронтация. Страны больше не могут защищать свои интересы или улучшать благосостояние своих людей без сотрудничества с другими странами.

И все же я думаю, что опасность заключается в том, что страны смотрят внутрь, а не в общее будущее. Я считаю, что опасность заключается в отступлении от успеха, который мы достигли, особенно в сфере экономического развития и справедливости в распределении плодов глобального роста.

Да, глобальный рост поднял из бедности миллиарды людей. И все же, если Вы относитесь к мировой бедноте, то Вы никогда еще так остро не ощущали бедность. Да, международное право и правосудие никогда еще не получали такого широкого признания. И все же те, кто живет в странах, где нарушаются права человека, никогда еще не были настолько уязвимыми.

Да, большинство из нас живет в мире и безопасности. И все же насилие растет во многих странах: Афганистане, Сомали, Демократической Республике Конго, Ираке и Судане.

Их проблемы являются частью чрезвычайной ситуации в развитии, с которой мы столкнулись. За последний год цена на топливо, продукты питания и товары широкого потребления резко возросла. Богатые страны беспокоятся по поводу экономического спада, в то время как бедные больше не могут позволить себе есть.

Цели Развития Тысячелетия - это часть решения. Но здесь успех был переменным. Обещания не были выполнены. И все же мы достигли достаточно для того, чтобы знать, что эти цели являются достижимыми.

Организация Объединенных Наций - защитник самых уязвимых. Когда приходит беда, мы действуем. В этом году мы действовали в Гаити и других карибских странах, пострадавших от ураганов. Мы действовали после циклона Наргис в Мьянме, где теперь главная задача состоит в том, чтобы добиться политического прогресса, в том числе надежных шагов в области прав человека и демократии.

Мы помогли людям, которые пострадали от серьезного наводнения в Юго-Восточной Азии и засухи в зоне Африканского Рога, где 14 млн людей в чрезвычайном положении нуждаются в помощи. С тех пор, как я вступил в должность, я призываю к более энергичным действиям в Сомали. Неужели мы должны ждать - и видеть, как все большее количество детей умирает в песках?

Глобальный продовольственный кризис не пройдет сам по себе. Возможно, он уже ушел с газетных заголовков. В прошлом году в это время рис стоил $330 за тонну. Теперь он стоит $730. Люди, которые в прошлом покупали рис мешками, теперь покупают его горсткой. Те, у кого было два приема пищи в день, теперь довольствуются одним.

ООН сосредоточилась на том, чтобы передать семена и удобрения в руки мелких фермеров. Мы стремимся к новой "зеленой революции" в Африке. Но нам не хватает новых ресурсов. У международного сообщества слова расходятся с делами.

В Бурунди и Сьерра-Леоне, Либерии и Восточном Тиморе наши ресурсы на пределе, потому что миротворцы ООН помогают странам наладить мир. И все же превентивная дипломатия ООН часто является решающей. Мы видим плоды в Непале, Кении и надеемся, что и в Зимбабве.

Также существует реальный шанс для воссоединения Кипра. В Грузии ООН может помочь разрядить напряжение, которое является результатом недавнего конфликта. В Кот-д'Ивуаре мы поможем провести выборы до конца года - главный большой шаг к восстановлению и демократии.

Но опасно думать, что ООН может заняться решением сегодняшн