Саммит в Центральной Азии: военные базы, ГЭС и заздравные тосты

МОСКВА, 30 июля / РИА Новости /. Начинающуюся сегодня поездку Дмитрия Медведева в Таджикистан и далее - в Киргизию следует отнести к событиям особого рода, способным определить российскую политику на центральноазиатском направлении на долгие годы. К сообщениям о визите российского президента не прилагается эпитетов типа «решающий» или «судьбоносный», бывших в ходу в недавнем прошлом, когда Москва питала большие иллюзии насчет скорого «собирания земель».

Нынешние отношения с ближайшими союзниками, входящими в экономические и оборонные структуры, отличаются изрядной долей прагматизма, хотя и назвать их чисто деловыми не представляется возможным. Между партнерами то и дело пробегают разные черные кошки, и та или иная обиженная сторона отвечает ударом на удар. Размеры конфликтов, в конце концов, доходят до степени, требующей их разрешения.

А где это можно сделать лучше, чем за праздничным столом, в неформальной обстановке?

Заздравные тосты будут звучать в резиденции на берегу Иссык-куля в адрес Курманбека Бакиева, которого можно назвать дважды именинником: первого августа, когда соберутся президенты стран – членов ОДКБ, ему исполнится ровно 60 лет. Несколько дней назад он переизбрался на второй президентский срок, и, как утверждают в Бишкеке, часть его коллег останется после заседания, чтобы принять участие в праздничной церемонии инаугурации.

Но прежде чем поздравить юбиляра, Дмитрию Медведеву предстоит уладить дела в Таджикистане. Последние шесть месяцев встречи с Эмомали Рахмоном, обиженным за январский визит российского президента в Ташкент, проходили на минорной ноте. Медведев поддержал позицию президента Узбекистана Ислама Каримова, заявив, что Россия воздержится от участия в проектах возведения новых ГЭС, если они не будут одобрены другими странами региона. Таджикистан (и Киргизия) имеют иную точку зрения, считая строительство гидроэлектростанций сугубо внутренним делом.

«Узбекский крен» Кремля был позже выправлен заявлением о выделении двухмиллиардного кредита Киргизии, львиная доля которого предназначается для возведения Камбаратинской ГЭС. Теперь в обиженных оказался Узбекистан, чьи интересы к тому же не были учтены при кулуарном обсуждении возможности появления российской базы вблизи киргизско-узбекской границы. Ташкент, как известно, не поставил подпись под соглашением о создании Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ, подразделения которых должны базироваться на юге Киргизии. Не оказалось под этим документом и подписи Минска, обидевшегося на Москву за санкции в отношении поставок белорусской молочной продукции. Но теперь Александр Лукашенко, как и Ислам Каримов, должны занять места за столом переговоров, где вновь будут обсуждать проблемы КСОР и размещение новой базы.

С Минском, скорее всего, договориться будет проще, при определенных условиях (в том числе и взамен обещанных кредитов), можно получить согласие на участие в развертывании коллективных сил. Но Узбекистан выдвигает аргументы против создания базы отнюдь не коммерческого свойства. Здесь затронуты другие струны: Ташкент чрезвычайно чувствительно относится к усилению российского военного присутствия у своих границ.

Не получится отложить в долгий ящик и проблему использования водных ресурсов. Таджикистан ждет российских инвестиций в Рогунскую ГЭС, обещая в случае отказа поднять вопрос о пребывании российских военных объектов, которыми Москва, конечно же, пожертвовать не может. Но и вкладывать в строительство, не получив взамен пакета акций (Рогун объявлен 100-процентно государственным предприятием), Москва не желает. Для сравнения: российская сторона владеет 75% акций Сангтудинской ГЭС, торжественное открытие которой состоится в присутствии Медведева и Рахмона. Вопрос об инвестициях в Камбаратинскую гидроэлектростанцию тоже был положительно решен лишь после того, как киргизская сторона согласилась предоставить Москве блокирующий пакет акций.

Но даже если все эти препоны будут убраны, согласие на инвестиции в Рогун, как