РУССКИЕ ИДУТ - С НАЛИЧНЫМИ

Российское правительство сидит на огромной куче наличных денег, которые оно планирует вложить в иностранные активы. Проблеск его экономических мускул был раскрыт на этой неделе, когда премьер-министр Исландии заявил о том, что Россия может предоставить кредит на сумму около $5 млрд, чтобы спасти ее измученную экономику. Кто бы мог подумать, учитывая хаос в России в 1990-х годах, что всего через десять лет она будет способна выручить из беды развитую страну? Еще более удивительным является тот факт, что руку помощи протягивают Исландии в тот момент, когда внутренний фондовый рынок находится в свободном падении, а торги на Московской фондовой бирже просто приостановлены.

Кремль думает, что сейчас пришло время скупать активы по дешевой цене, воспользовавшись текущим финансовым кризисом, чтобы заявить о себе как о мощном глобальном экономическом игроке. Как заметил премьер-министр Владимир Путин на недавней встрече с генеральным директором принадлежащего государству банка ВТБ, "Может нам что-нибудь купить [за границей]? Что-то, что можно ухватить?" Согласно Аркадию Дворковичу, экономическому помощнику президента Дмитрия Медведева, правительство поддержит - как в дипломатическом, так и в финансовом отношении - расширение российских компаний за границей.

После российско-грузинской войны Запад боится, что правительство России будет использовать свои наличные деньги не только в экономических целях, но и в качестве агрессивного инструмента внешней политики. Должен ли Запад всерьез задуматься над тем, чтобы блокировать российские инвестиции за границей как способ влияния на Россию?

Попытка установить железный занавес вокруг российского капитала и фирм приведет к обратным результатам. Действительно, крупномасштабное "вторжение" российского бизнеса будет положительным событием, потому что оно будет способствовать экономической взаимозависимости. Это так, даже если экономическое расширение возглавляют принадлежащие государству компании и российские государственные инвестиционные фонды. Вкладывая капитал в американские и европейские активы, правительство и деловая элита России покупают долю в мировой экономике. Это должно привести к лучшему взаимопониманию и более рациональной и ответственной внешней политике.

Как это ни парадоксально, несмотря на недавние потрясения на российском фондовом рынке, Россия завалена наличными деньгами. Правительство России только что приняло план выхода из кризисной ситуации в отношении банковской системы страны стоимостью в $130 млрд; как процент от ВВП это было бы равноценно приблизительно $1,3 триллионам в США - почти вдвое больше плана Полсона. И все же даже этот пакет не пробил существенную брешь в государственных инвестиционных фондах России и ее третьих по величине в мире валютных запасах.

В правительственном резервном фонде, созданном для того, чтобы защитить экономику от падения цен на нефть, находится $140 млрд, а в Национальном фонде благосостояния, который предназначен главным образом для того, чтобы разрешить будущий пенсионный кризис, хранится еще $30 млрд. НФБ, хотя официально он пока не является "государственным инвестиционным фондом", уже попадает в десятку самых крупных таких фондов, конкурируя с Инвестиционным агентством Брунея.

Объединенный российский государственный инвестиционный фонд (не считая полтриллиона долларов в валютных запасах) может конкурировать с Сингапурской корпорацией "Темасек Холдингс" (в настоящее время шестой в мире) и отстает только от Китайской инвестиционной корпорации. По своему замыслу эти средства предназначены для того, чтобы их вкладывали за пределами России. Поскольку текущий финансовый кризис сделал многие западные активы дешевыми, они теперь в пределах досягаемости российского правительства и ведущих российских компаний.

Российские частные и принадлежащие государству компании уже активно вкладывают средства за границей, часто покупая доли в крупных иностранных компаниях. В целом, 25 ведущих российских компаний владеют $59 млрд в иностранных