Россия. Чиновники тайно заселяют мигрантов в «подземелья»

Никогда не задумывалась, куда деваются нынешние дворники-мигранты после того, как вылижут наши дворы. Оказывается, никуда не деваются — забиваются в подвалы домов и живут. По вечерам высовывают голову из щели, озираются по сторонам. Если никого нет, выходят. Если людно — пережидают в подполье.

— Эй, подожди! — кричу парню, который вылез на разведку. — Вы там ночуете?

Дверь резко захлопывается. Дергаю за ручку — не открывает.

— А ты хитростью попробуй, — советует одна из соседок. — Скажи, что приведешь жильцов.

Оказывается, гастарбайтеры не только живут в подвалах, но еще и сдают их в аренду. В основном у них квартируют «шабашники». Если хозяева не хотят оставлять их на ночь — пристраивают к дворникам.

Я придумала себе точно такую же проблему. Подхожу к подметале, который возится возле мусорных бачков. Зовут его по-нашему Саша.

— Это надо с комендантом говорить, — поправляет кепку Алик, выслушав мою просьбу. — Он сейчас дома.

Идем к подвалу. Парень отбарабанил в дверь шифровку — нас впустили. Комендантом «подземелья» оказался жилистый и уже немолодой мужик, который представился Колей (по виду то ли киргиз, то ли таджик).

— Больше пяти человек принять не могу, — деловито и почти без акцента поясняет Коля. — С каждого по 200 рублей в сутки. Но место освободится только через неделю — съедут другие квартиранты.

— А где мои строители будут спать? — интересуюсь, переминаясь с ноги на ногу на пороге.

Коля клацнул выключателем. В темноте нарисовался длинный подвальный коридор. С одной стороны плесневелая стена, с другой — что-то наподобие комнат. Стенами служат фанерные перегородки, вместо дверей — шторки. Засовываю голову в одну из «квартир». Все пространство занимает самодельная деревянная кровать. На ней вповалку спят мужчины и женщины. Три семейные пары поделили один матрас.

— У нас подвал забит, — поясняет комендант. — Больше пятидесяти человек. Поэтому в комнату селю помногу: не меньше шести человек.

Петляем между труб.

— Если повернуть направо — будет женская половина, — продолжает экскурсию Коля. — А налево — мужская (там же комната под аренду).

На распутье курилка. Под потолком сушатся портянки. В центре площадки урна для окурков, а по периметру стоят роскошные диваны, обитые синим плюшем.

— Подарок, — скалится комендант. — Жильцы с восьмого этажа выбросили, а мы к себе затащили.

Позаботились дворники и о клозете. Врезали прямо в канализацию ржавый унитаз, тут же раковина. Чуть дальше кухня. Там трудолюбивые киргизские девушки чистят картошку. Их толком и не видно — слишком мутная лампочка. Воздух тяжелый, приторный. Похоже, вонь идет из кастрюль, которыми уставлены электрические плиты.

— А вдруг короткое замыкание? — обращаюсь к коменданту, кивая на плиты.

Тот загадочно улыбается. Дескать, на все воля Аллаха.

«Нормально так «окопались», — думаю, вылезая на свет божий. — Сегодня плиты, а завтра они себе стиральную машинку поставят. Откроют гостиницу. Неужели в ДЕЗ ничего не знают о самозахвате?»

Дом с привидениями

— Да нет никакого самозахвата! — удивляется начальница ДЕЗ, к которой я пришла на следующий день. — Это же дворницкая — они там хранят униформу, инвентарь.

— Они там ночуют, — перебиваю женщину.

— Что вы говорите! — всплеснула руками тетка. — Просто задерживаются допоздна — много работы, а спать уходят в общежитие. Но в любом случае я проверю. Спасибо за сигнал.

На следующий день на двери повесили пудовый замок. Прошла неделя — замок на месте. Похоже, избавились от незваных гостей.

— Нет, — качают головой пенсионерки, которые несут вахту на лавках. — Она их теперь на ночь запирает, а утром открывает. Специально, чтобы ты успокоилась. А тебе неймется? Ребята так хорошо все убирают…

— Но мы же живем на пороховой бочке, — поясняю старушкам. — Они ведь могут нас спалить или затопить подвал.

Не верят.

Записалась на прием к участковому. Парню в погонах разговор явно неприятен.

— Ну почему спалят? — укор