Им — Патент!

Сергей Фомичев

Лидер Ассоциации малого и среднего бизнеса, а по
совместительству — активист Социал-Демократической Партии Еуджен Рошковану
пообещал начать новый год с акций протеста с участием всех предпринимателей,
«над которыми поиздевалась коммунистическая власть». При этом он заявил о
принципиальном расширении перечня требований. Отныне торговцы столичных рынков
будут выступать не только за возврат предпринимательского патента, но и за
отставку правительства, роспуск парламента и объявление вотума недоверия
президенту страны. Главный заступник всех патентообладателей также уведомил,
что для пикетирования парламента будет разбит палаточный городок, которому
предстоит работать в круглосуточном режиме.

В этой связи руководителю Ассоциации малого и среднего
бизнеса можно было бы предложить, параллельно митингу, наладить торговлю на
базе отвергнутого государством патента из этих самых палаток, раз уж они будут
работать, как и многие кишинёвские ларьки, в «режиме нон-стоп». Для пущей
наглядности своих убеждений, да и просто, чтобы люди напрасно время не теряли.

А если говорить серьезно — сложно поверить, что за всей этой
шумихой с патентами стоят альтруистические побуждения оппозиционных политиков.
Ведь не секрет, что неподотчётные обороты, которые до недавних пор крутились на
отечественных рынках, благодаря доступному и дешёвому документу, ежегодно
составляли сотни миллионов леев и были, во многом, связаны с контрабандной
деятельностью. Причем, эти «сливки», в виде не фигурирующих в официальной
статистике капиталов, снимали не те тысячи, о которых сегодня с такой сердечной
обеспокоенностью говорит господин Рошковану, а узкая группа лиц, имевшая неформальные связи с
таможенными и правоохранительными органами.

Концентрация «челноков»

До начала разговора есть смысл вообще разобраться с самим
понятием предпринимательской деятельности на основе патента. Во-первых — это
чистой воды атавизм, оставшийся в наследство от смутных 90-х. Экономике, тяжело
переходившей из командной формы регулирования в новые условия, когда всё, по
идее, должен был регулировать рынок, не было дела до толп безработных, нищих
людей. Единственное, что тогда могло государство им предложить — разобраться со
своими проблемами самостоятельно. И люди в массовом порядке ринулись на базары.
В этом смысле, нашу тогдашнюю экономику можно было действительно назвать
рыночной. При разорённом производстве, только рынок, да и заработки строителей,
давали возможность как-то сводить концы с концами.

Но со временем «челночная деятельность», по мере ужесточения
таможенных процедур, стала концентрироваться в руках нескольких групп. Обычным
торговцам, не имевшим «нужных связей», стало гораздо сложнее заниматься столь
рискованным и дорогостоящим делом. И сегодня обороты тех, кто самостоятельно
ввозит и реализует товары из ближнего и дальнего зарубежья, ничтожны в
сравнении с теми, что реально «крутятся» под прикрытием предпринимательского
патента. Большинство стоящих за прилавками людей — обычные реализаторы, наёмная
рабочая сила, незащищенная Трудовым кодексом, за которую не вносится никаких
выплат в Соцфонд, с заработной платы не отчисляются налоги в государственный бюджет. Ведь хозяину
гораздо проще платить 120 леев в месяц за патент, чем отчитываться о реальных
доходах.

Наше дело — груз доставить

Ещё в прошлом году на одном из крупнейших кишинёвских рынков
по громкоговорителю звучало частое объявление с предложением содействия в
провозе товара, закупленного на «Седьмом километре». Я позвонил по названному
телефонному номеру. Мне ответил суровый мужской голос, с которым получился
довольно странный, практически шпионский диалог:

— Я по объявлению. Сколько мне будет стоить провезти нужный
товар?

— 250 леев — дорога туда и обратно. 700 леев — одна сумка.

— А каким образом это все будет происходить?

— Вы едите со мной. На рынке закупаете всё, что нужно. Там
мы ваши сумки грузим в машину, ко