Феномен Молдовы: инфляция на фоне ревальвации

Несмотря на меры, предпринимаемые Национальным банком Молдовы, темпы инфляции остаются высокими. Более высокими, чем год тому назад. В феврале они вплотную приблизились к 15%. Есть обоснованные опасения, что темпы инфляции не снизятся ни по итогам завершающегося марта, ни по итогам наступающего апреля. Во всяком случае, если их сравнивать не между собой, а с соответствующими периодами прошлого года.

Статистические данные показывают, что объем наличных денег в обращении по состоянию на конец февраля увеличился за последние двенадцать месяцев на 35%, с 4697 млн леев до 6348 млн леев. Чтобы быть правильно понятым читателями, постараюсь в нескольких словах пояснить термин «наличные деньги в обращении». Специалисты обозначают этот денежный агрегат как «M0» («эм ноль»). А для широкой публики – это обычные банкноты и монеты в кошельках и карманах. Из подсчета «М0», согласно методологии, исключаются даже наличные деньги, находящиеся в хранилищах и кассах банков. То есть «М0» - это самая «горячая» и трудно предсказуемая составляющая денежного рынка любой страны. Вместе с остатками на текущих («до востребования») счетах в коммерческих банках она составляет так называемые «деньги в узком понимании», обозначаемые в статистических таблицах НБМ как денежный агрегат «М1».

Именно агрегат «М1» обслуживает операции по покупке-продаже на всех рынках, где оплата производится в национальной валюте. Хотя существует практически неконтролируемый государством рынок, где оплата производится в наличной иностранной валютой. Национальное бюро статистики отслеживает цены только того сегмента потребительского рынка, где оплата производится исключительно в молдавских леях. Цены на жилую недвижимость или подержанные автомобили, а также на некоторые виды «услуг», в расчет не принимаются. Справедливости ради заметим, что потребность в леях для расчетов на тех сегментах внутреннего рынка, где ранее доминировали иностранные валюты, постепенно возрастает, и это надо принимать во внимание, когда мы оцениваем рост агрегата «М1».

Объем денег в обращении («М0») резко – на 600 млн леев, что приблизительно составляло 10% - увеличился в декабре прошлого года. Это хотя и необычный по масштабам, но все-таки «сезонный» всплеск. По итогам января объем леевой наличности сократился на 383 млн, но по итогам февраля вновь вырос – по отношению к предыдущему месяцу на 57 млн леев, или на 0,9%. Это бы еще ничего, но одновременно, в феврале выросли остатки на счетах до востребования – на 131 млн леев, или почти на 3,3%. С учетом этого общий рост показателя «горячих денег» за февраль составил более 1,8%. Говоря совсем просто, на рынке за месяц дополнительно появилось 188 млн леев, ищущих применения, но были ли в этот период произведены дополнительные товары и услуги на соответствующую сумму? Ответ на этот вопрос хотя и затруднителен в силу неразвитости статистики, однако смеем предположить, исходя из фактов всех предыдущих периодов, что «нет». Рост дополнительного предложения товаров и услуг явно отстает от роста денег в обращении. А это как раз и является стимулом для увеличения инфляции

Согласно классическому уравнению для определения потребности в наличных денежных средствах, чем больше валовой внутренний продукт (ВВП), тем больше денег требуется в обращении. На практике, в Молдове, существует специфическая особенность, которая не дает возможности применять классическую формулу для расчетов равновесия между «товарным» предложением и объемом денег оптимальным для процесса обращения. Суть этой «молдавской специфики» в том, что население получает в свое распоряжение огромные (в сравнении с их собственными, заработанными внутри страны доходами) переводы из-за рубежа.

По данным НБМ, в январе-феврале текущего года объем чистого предложения иностранной валюты со стороны физических лиц вырос по сравнению с соответствующим периодом прошлого года в 1,9 раза. По нашим подсчетам, разница между покупкой у населения и продажей населению иностранных валют за первые два месяца