Авторская школа Сергея Мокана - индивидуальный подход к каждому ребёнку

Сегодня мы хотим познакомить наших читателей с необычной школой, которая находится у нас в Молдове, в пригороде Кишинева.

Это Авторская школа Сергея Мокана.

Выпускник Ставченского техникума виноделия, а затем и Политеха, получивший специальность механика виноделия мог бы состояться в профессии, обозначенной в дипломе. В конце концов, никакого неприятия к ней он не испытывал. Но Сергей Мокан определил для себя другое Направление, отношения к виноделию не имеющее-  Сергей учит и воспитывает детей. Тех, которых педагоги-психологи характеризуют как «педагогически запущенных». Класс индивидуального обучения, еще недавно официально относившийся к лицею Петру Мовилэ, - не класс вовсе. Это дом Сергея, в котором мальчишки и девчонки учатся и живут. 

- Сергей, а все-таки, как, в каких обстоятельствах щелкнуло, когда вы поняли, что призвание-то совсем другое? От механики виноделия до учительства, причем, в таком глубоком проникновении, чтобы сутками напролет, не просто далеко…

- Как щелкнуло? Помню. Рассказываю… Вот когда я спрашиваю своих ребят, кем они хотят стать, они мне отвечают, как правило, неопределенно: «Дядя Сережа, а я пойду туда учиться, потому что так советуют, туда все идут, вроде нравится…» То есть, когда тебе 15-17 лет, понять, что на самом деле ТВОЁ, сложно, за очень редким исключением. То же самое произошло со мной. Поступил в техникум -  самый старый в стране, в 1842-м году основанный. Не могу сказать, что я разочаровался. Меня учили прекрасные педагоги, мэтры виноделия, приехавшие в Молдавию поднимать отрасль. И когда я после института вернулся в техникум, уже в качестве преподавателя, они все еще продолжали учить меня. А вот что касается момента, когда щелкнуло… После четвертого курса политеха напросился вожатым в пионерский лагерь в Сергеевку. Это был 1982-й год. Так случилось, что я стал «лучшим вожатым побережья», а потом еще год занимался с теми детьми, с которыми работал в лагере. 

- Детей учить можно было в школе. Или вести кружок в доме пионеров, где-то еще. А вот создать свою, по сути, школу-дом…

- Представление об образовании у меня несколько иное. Собственные дети, к слову, в школу не ходили – я их готовил по предметам, и итоговые они сдавали экстерном. Для ликвидации «очереди молодых специалистов» руководство совхоза предложило взять всем желающим земли, под строительство дома. Правда, в этом случае ты лишался очереди. Я решил строить, потому что уже тогда понимал, что здесь, в этом доме, будет то, что хотелось создать. А потом обстоятельства сложились так, что мне пришлось уехать на родину, в Одесскую область, в родительский дом. Там я работал в школе, учителем музыки, русского языка, географии… Но понимал – хочется чего-то принципиально иного. Тогда-то я и обратился в НИИ педагогики Одессы, с просьбой разрешить мне, создать экспериментальный класс. 

- И вы поселили учеников у себя дома?

- А других вариантов не было: это отдельное обучение, которое нельзя «погрузить» в условия традиционной школы. Конечно, мою маму, родных мои эксперименты особо не воодушевляли. А кому понравится, если в твоем доме поселились чужие дети? Но в НИИ идею одобрили:  дали три года на эксперимент. Класс существовал четыре года. Но дом здесь, в Ставченах, параллельно строился, и не скажу, что он был окончательно готов, но в какой-то момент уже можно было переселиться сюда. Здесь я тоже обратился в НИИ педагогики, с той же просьбой. Те позвонили в Одессу, за рекомендациями. Одесские коллеги дали отмашку, мол, можно доверять (а на тот момент, помимо прочего, я стал «Учителем года» - я занял первое место как преподаватель музыки по Тарутинскому району, третье – как преподаватель географии по Одесской области. Поддержало Министерство образования. 

- Вообще, странно слышать, что подобные эксперименты поощрялись. 

- Демократии в образовании было больше, если честно. И интереса к детям, в целом. Например, в Министерстве существовал отдел альтернативной педагогики, его возглавляла замечательная женщина, Никульча Татьяна Александровна.  От  НИИ Педагогики Кишинёва весьма существенно содействовал Гуцу Владимир Иванович. А директор школы №72  (ныне лицей П. Мовилэ) Светлана Федоровна Тирошко рискнула взять нас под свое крыло. И вот Класс Индивидуального обучения 17 лет просуществовал. 

- К вам трудно попасть? Я имею в виду, спрос превышает предложение, так получается?

- Спрос превышает. Но мы – не государственное учреждение, у нас есть свои расходы, поэтому мы существуем за счет родительских средств. Единой цены нет, все очень индивидуально. Один ходит в секцию на греблю, другой учит итальянский, и так далее. Другие дети не живут у нас – их привозят на день, вечером забирают. 

- ВЫ можете отказаться от ребенка?

- Нет, не могу. Это принципиальный момент. Есть в «положении о классе» пункт о том, что я не имею права отказаться от ребёнка. Его ввели по моей просьбе, и это обязывает. Это более, чем специфическая работа. Одно дело, когда ты пришел в класс и провел урок. Тут каждый играет свою роль, - и учитель, и ребенок, причем, для каждого учителя у ребенка своя роль. Когда я работал в колледже, я тоже играл определенную роль. Вот я в костюме, вот я говорю такие-то умные вещи, вот я отвечаю на вопросы, я такой молодец… Легко работать, когда ты сам себе нравишься… А тут все иначе! Родители так не живут со своими детьми: они то на работе, то убирают, то готовят еду, то встречаются с гостями, что-то еще. Ребенок вроде рядом - делает уроки, сидит у компьютера, бегает с пацанами во дворе. Вроде все вместе, но это иллюзия общения. Время совместного общения минимально (если таковое вообще имеет место). У нас же – сутками, минута в минуту…. Я знаю всегда, кто чем занят, что сейчас делает. Чувствую каждого ребёнка. Тут придуриваться, играть не имеет смысла… Мы проживаем каждый день вместе, бок о бок. 

- Какие дети к вам попадают? С какими проблемами? Агрессия? Лень?

- Чаще всего, речь идет об инфантильности, которая порождает и агрессию, и лень. А инфантильность, в свою очередь, или от того, что заласкали, или от того, что никому не нужен. Конфетами, шмотками, айфонами откупаются, а что там, на душе, - спросить некогда. 

- У вас один класс – но дети разного возраста.

- Не вижу ничего в этом противоестественного. Одни учат других. Деление на возраст, садик-школа-армия, мне кажется, придуманы для того, чтобы управлять сподручнее было. 

- Детям у вас нравится?

- А как вы думаете? Кому нравится все время работать, учиться, быть занятым? Лениться куда приятнее, такова человеческая натура, тем более, если ребенок уже привык ничего не делать. А у нас в семь утра подъем, час зарядки на улице, потом обливания водой из колодца, потом восточные практики, а потом – занятия. Я строю занятия так, чтобы поочередно нагружать левое и правое полушарие. Например, сегодня уроки чередуются следующим образом: математика – музыка – математика – рисование – математика – танцы. Ребенок может сказать иногда: я устал, хочу спать, - пожалуйста. Я могу отличить, когда действительно устал, или просто лень. Покупаю бэушную аппаратуру – разобрать, а затем собрать. Несколько кубов леса – пилят, рубят на дрова. Они учатся убирать за собой, готовить. Воспитанникам здесь не всё нравится. Но потом социум их не пугает. Мне недавно позвонила девочка, поступила в наш кишиневский колледж. Спрашиваю, как впечатления, как однокурсники… Она отвечает: «Дядь Сереж, они какие-то странные, не самостоятельные, «маленькие»…»

- Вы учеников наказываете?

- Иногда да, но, конечно, это ни в коем случае не унижение, и не физические наказания. У нас тут есть список табу. Нельзя драться, нельзя ругаться… Но еще длиннее список того, что НАДО делать. 

- Вы своих подопечных жалеете?

Жалость – нехорошее качество-отношение. Когда идет процесс, это для меня ремесло. Эмоции возникают, когда я детям читаю или пою на ночь,  когда я вижу, что вот сейчас кому-то из них очень тяжело, когда я вижу момент преодоления своего «я». 

- Вы принимаете только «сложных» детей? Или «обычные» тоже есть?

«Обычных» детей не бывает. Все дети - необычные. В моей школе есть место для любого ребёнка. Дети приходят разные! От замкнутых до шумных, от педагогически запущенных, до явно одаренных. Беру всех и каждому даю то, что ему нужно.

- А все-таки, оглядываясь назад, и сравнивая себя с ровесниками, ваши выпускники испытывают благодарность за то, чему вы их научили?

- Нескромно было бы мне думать на эту тему. Вообще, вспоминают они спустя время только хорошее. Но это свойство каждого человека – помнить лучшее. Выпускники звонят, пишут, приезжают. Школа у нас тут не только образовательная – она мировоззренческая. Они невольно что-то мое перенимают – мои слова, мои интонации. Чему удивляться? В нашем тесном общении тут все так энергетически перемешано….

…Как-то давно учился у меня мальчик. Он прожил тут год. Очень сложный был ребенок. Он ушел – мы расстались, облегчённо вздохнув… А потом, спустя время, он приехал: я его не сразу узнал, такой взрослый уже мужчина. Мы вдруг обнялись – и этот момент был очень для меня неожиданный. И я подумал тогда: значит, «всё не зря»…

Авторская школа в Ставченах приглашает детей от 6 до 12-14 лет. 

Школа предлагает помощь: 

• родителям и детям, которые разочаровались в учебе в массовой школе и ищут индивидуального подхода в образовании; 

• родителям и детям, которые обучаются по форме семейного образования, но нуждаются в помощи по предметам или нуждаются в создании мотивации к учебе; 

• родителям, потерявшим контроль над поведением детей, авторитет и связь с собственными детьми; 

• мамам, сыновья которых нуждается в приобретении мужских качеств и навыков достойного поведения; 

• мамам, дочери которых нуждаются в приобретении хозяйственных, бытовых и т. д. навыков; 

• родителям, у которых дети имеют низкую успеваемость, отсутствие какой-либо мотивации к учебе и труду, безразличие к жизни. 

Условия обучения - полный или частичный пансион. 

Школа расположена по адресу: Кишинёв, Ставчены, ул Фрунзе, 16

Сайт школы: http://mocan.ru

Телефон: +373 60937625

Электронный адрес: sober-bash@mail.ru