Стало известно, что выявило расследование смерти Никулины Булат

Девушка страдала хроническим заболеванием и умерла, после того как ей вовремя не оказали медицинскую помощь. Правозащитники считают, что эта ситуация — еще одно свидетельство серьезных проблем в здравоохранении. В минздраве между тем утверждают, что причиной этого трагического случая были не системные проблемы, а человеческий фактор, передает newsmaker.md. 

Что произошло

В ноябре 2017 года издание Ziarul de Garda написало о 20-летней жительнице села Дрокия Никулине Булат. Она рано осиротела и осталась без финансовой поддержки. Сначала жила у бабушки, потом — с сестрой. Последние 10 лет из-за проблем с почками девушка постоянно проходила диализ в Институте матери и ребенка в Кишиневе. Из-за осложнения болезни в брюшной полости у нее скапливалась жидкость.

21 октября в больнице Дрокии врачи обнаружили у нее брюшной асцит, но помочь на месте не смогли и отправили в Бельцы. Никулина самостоятельно приехала в бельцкую больницу, где ее прооперировали — удалили жидкость из живота и зашили, а затем отправили домой. Находясь дома, девушка несколько раз вызывала скорую, но каждый раз ее отказывались госпитализировать и не оказывали помощь, несмотря на тяжелое состояние.

Министерство здравоохранения и социальной защиты вмешалось в ситуацию только после того, как о ситуации рассказала газета Ziarul de Garda. Минздрав организовал транспортировку Никулины Булат в больницу скорой помощи в Кишиневе. Однако болезнь зашла слишком далеко, начался некроз тканей, и в ночь со 2 на 3 ноября Никулина Булат умерла.

Премьер-министр Павел Филип тогда заявил, что «не нужно серьезного расследования, чтобы понять, кто виноват в этом случае», и пообещал, что виновные понесут уголовное наказание. Премьер дал чиновникам неделю, «чтобы установили всех, кто имеет к этому отношение». «Нельзя отправлять домой человека, который плохо себя чувствует. Тут речь о человеческом облике. Мне кажется, тут у нас кризис. На этот раз мне нужны не просто отставки. Я хочу, чтобы виновные понесли уголовное наказание», — заявил Филип.

Что выявило расследование правозащитников

Народный адвокат Михаил Которобай решил провести собственное расследование случая Никулины Булат после публикаций в издании Ziarul de Garda. Специальный отчет, составленный по итогам расследования, направят в парламент, а также в парламентскую комиссию по правам человека. По мнению Которобая, речь идет о комплексных проблемах в системе здравоохранения, о которых говорили уже не раз. 

В связи с этим народный адвокат намерен повторно предложить профильной парламентской комиссии принять отдельный закон, предусматривающий наказания за врачебные ошибки. Которобай также сообщил, что вскоре при офисе народного адвоката создадут специальный совет, в который войдут эксперты в области здравоохранения.

В своем отчете правозащитники, кроме прочего, оценили, насколько выполнялось право гражданина на социальную защиту. Как рассказала глава отдела расследований и мониторинга офиса народного адвоката Светлана Русу, ежемесячно Булат получала пособие в 540 леев по инвалидности, 180 леев на содержание и ежегодные компенсации расходов на транспорт до больницы в размере 552 леев. В среднем ежемесячная помощь не превышала 1400 леев. В то время как в первой половине 2017 года прожиточный минимум составлял в Молдове 1866 леев.

В 2017 году Булат вообще отказали в социальной помощи. Ответственные органы одобрили только компенсацию за отопление в холодный период года — с ноября 2017 по март 2018 года. Булат находилась на учете социальных служб в селе Мандык, хотя в последнее время больше жила в селе Дрокия.

Как рассказала Русу, Булат не могла самостоятельно передвигаться и поэтому ей нужен был персональный ассистент. В конце 2016 года ей его предоставили, однако вскоре от этой услуги девушке пришлось отказаться. По закону согласие на персонального ассистента автоматически лишает человека финансовой помощи. Русу добавила, что в 2017 году 2277 человек получили помощь персональных ассистентов. Но еще 4279 людей с различными ограничениями и заболеваниям стоят в очереди на эту услугу.

Пациентам до 18 лет диализ в Молдове проводится только в Институте матери и ребенка в Кишиневе. В течение 9,5 лет Булат ездила на эту процедуру из Дрокии два раза в неделю. Затраты на общественный транспорт компенсировались только ей, но не человеку, который ее сопровождал. Только в 2017 году Булат побывала в Кишиневе 85 раз.

Консультант офиса народного адвоката Елена Чернэуцану считает, что в том, что касается медицины, в случае Булат нельзя говорить о системной проблеме. По ее словам, хуже всего в ее ситуации повели себя врачи скорой помощи и семейные медики.

Семейные врачи не знали, куда она переезжала и не навещали ее ни разу, хотя она стояла на учете с серьезной степенью инвалидности с 2004 года. Впервые Булат посетил семейный врач из Дрокии только 1 ноября после публикаций в прессе. Тогда оказалось, что пациентка была уверена, что ей поможет только диализ и отказывалась обращаться к семейным врачам. В офисе омбудсмена считают, что это свидетельствует о плохом информировании больной другими врачами. Кроме того, подчеркнула Чернэуцану, во время одного из визитов социального работника в 2016 году выяснилось, что Булат страдает от сильных болей, но при этом у нее нет всех необходимых ей лекарств.

В последние 10 дней жизни к Булат неоднократно вызывали скорую. Она отказывалась от госпитализации, и ее сразу отпускали домой. При этом, уверяла Чернэуцану, врачи не объясняли ей возможных последствий и серьезность ее состояния. Кроме того, врачи скорой помощи не сообщали семейному доктору об этих вызовах, хотя обязаны это делать, согласно медицинскому протоколу. Кроме того, Булат не было оказана паллиативная помощь.

Правозащитники считают, что скорая помощь, больницы и семейные врачи действовали абсолютно автономно друг от друга, хотя должны оперативно обмениваться информацией о состоянии пациентов. Кроме того, эксперты офиса народного адвоката отметили неэффективное общение врачей с пациенткой и недостаточность ее информирования. Правозащитники также считают, что законодательная норма о том, что в случае предоставлении персонального ассистента человек лишается финансовой помощи, нуждается в пересмотре.

В отчете уточняется, что сейчас дело Булат рассматривает Генеральная прокуратура по статье о небрежности и нарушении правил оказания медицинской помощи.

К каким выводам пришли в минздраве 

На презентации отчета омбудсмена присутствовал госсекретарь министерства здравоохранения, труда и социальной защиты Борис Гылка. Он поздравил правозащитников с хорошей работой и заявил, что 80% информации из их отчета повторяет данные внутреннего расследования министерства. Гылка подчеркнул, что чиновники решили не представлять его раньше, чем будут известны результаты судебно-медицинской экспертизы.

Он отметил, что министерство начало расследовать это дело 2 ноября, после публикаций в прессе. По словам Гылки, впервые в специальную комиссию министерства вошел также «журналист независимого издания» — главный редактор Ziarul de Garda Алина Раду. «Признайте, это было абсолютной открытостью в этом деле со стороны министерства», — призвал госсекретарь.

Комиссия выяснила, что Булат разрешили продолжать делать диализ в Институте матери и ребенка и после совершеннолетия (по регламенту, там процедуры проводятся для детей до 18 лет). Гылка считает, что врачи учли психологическое состояние пациентки и разрешили ей это, хотя она могла ездить на процедуру в Бельцы, что ближе к ее дому.

Он подчеркнул, что у Булат было генетическое заболевание. Такая же болезнь стала причиной смерти ее матери. «У каждого организма есть запас прочности и он постепенно приближался к концу. Наверняка, она могла еще пожить, но мы не можем сказать, сколько. Неделю, месяц или два. Безусловно, недосмотр ускорил ее уход из жизни», — сказал Гылка.

При этом он призвал обратить внимание на тот факт, что врачи, проводившие ей диализ, «посвятили 10 лет этой пациентке», и при ее состоянии это «успешная работа». Вмешательство хирургов, подчеркнул Гылка, могло только временно ослабить течение болезни. Он также заявил, что при частой смене места жительства пациент сам должен сообщать семейному врачу о месте своего проживания.

«Не подумайте, что я пришел защищать дрокиевских врачей. Из трех семейных врачей только Гангалюк Анджела из Дрокии действовала профессионально, мы от имени министерства поблагодарили ее», — сказал Гылка. При этом он признал, что когда Булат привозили ночью на скорой, врачи должны были убедить ее остаться до восьми утра под присмотром медиков (это предполагает регламент). Кроме того, Гылка признал, что в Дрокии нет специального транспорта для транспортировки пациентки в другие больницы.

Гылка уточнил, что минздрав имеет право наказывать только работников тех больниц, которые напрямую подчиняются министурству. Больницы в Дрокии и Бельцах подчиняются местным властям. Им министерство направило отчет комиссии со своими рекомендациями.

Тем не менее Гылка объявил, что хирург из Бельцкой больницы получит выговор за недостаточное информирование пациентки. Дисциплинарное наказание ждет и хирурга из Дрокии: его действия еще изучаются. Гылка отметил, что он уже получил выговор по другой жалобе.

Выговор получат и два врача Института матери и ребенка, которые обследовали Булат во время ее последнего визита 31 октября. По словам госсекретаря, на тот момент у пациентки уже была «терминальная стадия» и врачи должны были настоять на оказании паллиативной помощи.

Подытоживая, Гылка заявил, что «министерство выражает сожаление» в связи со случившимся. «Но здесь не столько виновата система здравоохранения, сколько человеческий фактор. Виновата не система, люди добрые. Кто образует эту систему?», — задал риторический вопрос Гылка, добавив, что «в обществе есть проблемы с ответственностью».