Орлов: "18 стран не отдали Румынии ни одного балла, их жюри тоже некомпетентны?"

"Я - тот самый член национального молдавского жюри, которое оценивало финал конкурса "Евровидение-2026". TRM предложила мне стать членом жюри конкурса. Перед началом судейства нас ознакомили с правилами, которых мы обязаны строго придерживаться. Далее прошу вас быть внимательными и прочитать один из пунктов правил: "НЕЛЬЗЯ ОТДАВАТЬ ПРИОРИТЕТ УЧАСТНИКУ ПО НАЦИОНАЛЬНОМУ ПРИЗНАКУ".

Я не хочу и не могу нарушать правила. Я не политик, не геостратег и не оцениваю артистов по национальности, гендеру или иным признакам - как написано выше, это строго запрещено регламентом конкурса. Что касается моих компетенций: за моими плечами 7 лет музыкальной школы (лицей им. Н. В. Гоголя), 4 года музыкального училища по классу гитары и 5 лет высшего музыкального образования по классу вокала. Итого, 16 лет своей жизни я посвятил исключительно образованию. В общей сложности я работаю в музыкальной индустрии уже 22 года", - написал Орлов.

"18 стран не отдали Румынии ни одного балла, а ещё 6 стран дали менее 3 баллов - их жюри тоже некомпетентны? Что касается моего знания румынского языка: я понимаю румынский язык, так как родился и вырос в Кишинёве в русскоязычной семье - так сложилось исторически. Я не выбирал ни язык, ни семью. Меня оскорбляют и стыдят, из-за этого страдает моя семья. Я - многодетный отец. И всё это за то, что я голосовал непредвзято? Я не выражаю мнение всего молдавского народа - для этого существует зрительское голосование. Жюри должно быть непредвзятым, в противном случае в нём просто нет необходимости. Мы живём в цивилизованной стране, в которой не должно быть нормой добиваться своей правды, оскорбляя честь и достоинство оппонента. Спасибо всем, кто поддерживает меня. А всех, кто осуждает, я прошу задуматься", - заявил Орлов.

Напомним, что после объявления результатов финала «Евровидения-2026» в Интернете разразилась настоящая буря возмущения. Жюри из Республики Молдова присудило румынской исполнительнице только три балла. Жёсткие и эмоциональные реакции последовали от интернет-пользователей, журналистов, лидеров общественного мнения, политиков и высокопоставленных государственных деятелей.