ПРОВАЛ РАУНДА РАЗВИТИЯ

Надежды на раунд переговоров о развитии мировой торговли,
который мог открыть возможности для развивающихся стран и
способствовать сокращению нищеты, похоже, потерпели крах. И
хотя кто-то, возможно, и проливает крокодиловы слезы,
степень разочарования не должна быть очень высокой: Паскаль
Лами - глава Всемирной Торговой Организации - давно
работал над тем, чтобы понизить ожидания, настолько, что
было ясно, что каковы бы ни были результаты, они принесут
лишь очень ограниченную выгоду бедным странам.

Этот провал едва ли может вызвать удивление: Соединенные
Штаты и Европейский Союз давно нарушили данные ими в 2001
году в Дохе обещания исправить дисбаланс последнего раунда
торговых переговоров - раунда настолько несправедливого, что
беднейшие страны мира оказались в еще худшем положении после
его окончания. В очередной раз восторжествовало отсутствие у
Америки приверженности к многостороннему подходу, ее
неуступчивость и готовность поставить политическую выгоду
выше принципов и даже собственных национальных интересов. В
преддверии ноябрьских выборов президент Джордж Буш не мог
"пожертвовать" 25 тысячами богатых фермеров, занимающихся
выращиванием хлопка, или 10 тысячами процветающих фермеров,
выращивающих рис, и их вкладом в его предвыборную кампанию.
Редко такому большому количеству людей приходилось уступать
так много, чтобы защитить интересы такого малого количества
людей.

Переговоры зашли в тупик в сельскохозяйственной сфере, где
субсидии и торговые барьеры остаются гораздо выше, чем в
обрабатывающей промышленности. Жизнь около 70% людей в
развивающихся странах прямо или косвенно зависит от
сельского хозяйства, и они теряют больше всех при нынешнем
режиме. Но сосредоточившись на сельскохозяйственных
вопросах, участники переговоров отвлеклись от гораздо более
широкого спектра вопросов, которые можно было бы разрешить
взаимовыгодным для северных и южных стран образом.

Например, так называемые "возрастающие тарифы", когда
обработанная продукция облагается налогом по гораздо более
высокой ставке, чем необработанная, означают, что тарифы на
промышленные товары лишают развивающиеся страны стимула
предпринимать действия, значительно увеличивающие стоимость
продукции, что могло бы привести к созданию рабочих мест и
повышению доходов.

Наверное, самым возмутительным примером является
американский тариф на импорт этанола в размере $ 0.54 за
галлон, в то время как тариф на нефть полностью отсутствует,
а тариф на бензин составляет $ 0.5 за галлон. Сравните это с
субсидией на производство этанола в размере $ 0.51 за
галлон, получаемой американскими компаниями (значительная
доля которой приходится на одну фирму). Таким образом
иностранные производители не могут конкурировать с
американскими, если стоимость их продукции не является ниже
стоимости продукции американских производителей на $ 1.05
на галлон.

Эти огромные субсидии привели к тому, что США стали
крупнейшим производителем этанола в мире. Однако, несмотря
на такое огромное преимущество американских компаний,
некоторые иностранные фирмы все-таки могут конкурировать на
американском рынке.

Стоимость производства бразильского этанола на сахарной
основе гораздо ниже, чем стоимость производства
американского на зерновой основе. Бразильские фирмы гораздо
эффективнее американской субсидируемой индустрии, которая
вкладывает больше сил и энергии в получение субсидий от
Конгресса, нежели в повышение эффективности. Некоторые
исследования показывают, что на производство американского
этанола уходит больше энергии, чем содержится в нем. Если бы
Америка уничтожила эти несправедливые торговые барьеры, она
покупала бы больше энергоресурсов у Бразилии и меньше на
Ближнем Востоке. Но очевидно, что администрация Буша скорее
согласна помочь ближневосточным производителям нефти, чьи
интересы часто расходятся с интересами США, чем Бразилии.
Конечно, администрация никогда не признает это; в условиях,
когда энергетическая полит