Политический ландшафт Молдовы

Виталий Андриевский

Власть и страна

В Республике Молдова правят сегодня два страха, делающие народ покорным воле действующей власти. Во-первых, страх большинства граждан потерять работу или бизнес и остаться без средств к существованию. И, во-вторых, страх стать жертвой политических репрессий. Поскольку и то, и другое, как правило, является следствием столкновения интересов общества с интересами власти, не привыкшей церемониться с теми, кто посягает на её монопольное право "казнить и миловать", становится вполне понятным, в чём именно кроется главный секрет той странной "политической стабильности" в стране, которой так гордится президент Владимир Воронин.

Другая особенность этого режима - президент Воронин, хотя и является председателем правящей Партии коммунистов, фактически отказался от принципа партийности при формировании органов власти. Формирование власти идет совсем по другим критериям. Главный из них - личная преданность президенту. По этой причине в команде Воронина сегодня можно найти немало людей, ранее состоявших в самых различных политических партиях, в том числе и являвшихся оппонентами и соперниками ПКРМ, либо же вовсе беспартийных.

Всё это, однако не сделало сформированную Ворониным власть эффективной. В течение всего 2006 года действующая власть во главе с президентом демонстрировала явную неспособность справиться с усиливающимися кризисными явлениями в экономике и социальной сфере, занимаясь лихорадочным "латанием дыр", работая в авральном режиме, по принципу "нос вытащили - хвост увяз". Особые проблемы Молдове создали неудачи во внешней политике её нынешнего руководства. Безусловно, значительную долю вины за это несет Министерство иностранных дел и европейской интеграции (МИДЕИ) во главе с Андреем Стратаном. Справедливости ради, надо напомнить, что внешнеполитический курс (как впрочем, и все другие направления деятельности страны) в Молдове единолично определяет сам глава государства.

Эксперты считают, что тот стиль управления, который свойственен Владимиру Воронину во внутренней политике, был перенесен им и на внешнеполитические дела. Выстраивая свой внешнеполитический курс, Воронин, вероятно, полагал, что государственное руководство России, Украины, Румынии и других стран должно, в первую очередь, учитывать пожелания и интересы президента Молдовы, а лишь затем думать об интересах своих собственных стран. Это было его глубоким заблуждением, за которое сегодня приходится расплачиваться всей стране - прошедший 2006-ой год был практически потерян в плане развитие взаимовыгодных отношений Молдовы с Румынией, Украиной и особенно с Россией.

Повышение вдвое цены на российский газ, эмбарго на молдавскую сельскохозяйственную и винодельческую продукцию, прекращение переговоров по проблеме приднестровского урегулирования - всё это и многое другое, больно ударившее по интересам страны и положению народа, является прямым следствием серьезных ошибок во внешней политике Молдовы. Даже в том случае, если на российский рынок вновь, как было обещано в конце 2006 года Москвой, в новом году начнет поступать молдавское вино, уже совершенно очевидно, что объёмы его поставок будут намного меньшими, чем раньше, а требования к его качеству, соответственно, намного выше. Уже вполне очевидно также и то, что молдавскому виноделию нанесен тяжелый удар, от которого оно вряд ли в полной мере оправится в обозримом будущем.

Казенный оптимизм правительственных чиновников, уверяющих молдавскую общественность в том, что ситуацию выправят поставки вина на Запад, в США и Китай, мало кого утешает, поскольку объём этих поставок весьма невелик.

На Западе к тому же, за счёт таких традиционно винодельческих стран Евросоюза, как Франция, Италия, Португалия и Испания, имеет место перепроизводство своего собственного вина, и поэтому вину молдавскому вряд ли найдется место на переполненном рынке ЕС. Закрыты западные рынки и для сельскохозяйственной продукции Молдовы. Поставки же молдавского вина в Китай и США носят сугубо с