Людмила Путина: "Фактически я всегда подчинялась желаниям Владимира Владимировича"

Объявив о разводе, Владимир и Людмила Путины поставили точку в своем многолетнем браке. О том, что он был непростым, стало ясно, когда в 2002 году вышла книга писателя Олега Блоцкого«Владимир Путин. История жизни», где супруга президента поделилась воспоминаниями о памятных моментах их знакомства и последующих годах. В своем монологе Людмила Александровна тогда рассказала, что образ жизни ее супруга, закрытость (через полтора года после знакомства она узнала, что он - офицер КГБ), постоянная работа не всегда совпадали с ее представлениями о счастливой жизни. Это не была любовь с первого взгляда, она будто постепенно все больше и больше влюблялась в своего мужа. Сегодня ее слова помогают нам лучше понять историю брака президентской четы.

О знакомстве с Владимиром Владимировичем

Прекрасно помню первую встречу с родителями Владимира Владимировича... Он только-только купил самую модную по тем временам стереосистему "Россия" и по этому поводу позвал меня и еще двоих друзей... Потом, помню, я вышла на кухню, и там была мама Владимира Владимировича — Мария Ивановна. Мы стали о чем-то говорить, и тут все тот же Алексей [приятель Владимира Владимировича, который их познакомил — ред.] заходит на кухню спрашивает у Марии Ивановны: "Как Вам Люда?" А та отвечает: "Да, конечно, она ничего. Но у него уже была Люда. Хорошая девочка..." И дальше — все в таком духе.

У меня чуть слезы из глаз не брызнули... Не скрою, мне тогда было очень неприятно, больно и обидно...

О первых свиданиях

Наши отношения с Владимиром Владимировичем развивались достаточно ровно. Может быть, были не всегда радужными, но зато — стабильными. Однако присутствовала в них одна странная закономерность: месяца два — все нормально, потом какой-то негатив, неурядица, затем — опять все хорошо.

Если говорить о чувствах, то это не было каким-то сиюминутным увлечением. Знаете, как бывает: встретил человека и сразу влюбился. Вот такого не случалось. Впервые в моей жизни я постепенно полюбила человека. Постепенно привыкла и полюбила... 

Свидания — это особая история. На них я никогда не опаздывала, а Владимир Владимирович — постоянно. Полтора часа — это было в порядке вещей. Но зная это, я не могла приходить с опозданием. А вдруг, думала я, сегодня он появится вовремя. (К слову сказать, с опозданиями Владимира Владимировича я по сей день так и не смирилась.)  

Помню, стою в метро. Первые пятнадцать минут опоздания выдерживаю нормально, полчаса — тоже вроде бы ничего. Но когда уже час проходит, а его все нет, то просто плачешь от обиды. А через полтора часа уже вообще не испытываешь никаких эмоций... Никаких отношений, когда наконец-то появлялся Владимир Владимирович, я не выясняла. За эти полтора часа переживешь столько, что никаких сил уже не оставалось на эмоции. Так что Владимир Владимирович измором меня брал, измором. А опоздания всегда объяснялись работой, на которой, кстати, Владимир Владимирович был пунктуален. А в личной жизни он расслаблялся. Ну а где еще?..  

Надо отдать должное Владимиру Владимировичу — он всегда был таким: никогда не кривил душой и не изображал из себя того, кем он на самом деле не являлся. Владимир Владимирович никогда не бравировал своим поведением, принципами и тем, что он — вот такой. Просто он был ТАКИМ — и все. Владимир Владимирович никогда об этом не говорил, но я понимала, что он ТАКОЙ и никогда не будет другим. Подобное поведение было честным.

Об испытаниях

Мне кажется, Ленинград наложил определенный отпечаток на Владимира Владимировича... Есть все-таки у мужа какая-то закрытость, которая, кстати, была свойственна и его родителям... Как-то мы пошли на вечеринку, где я, видимо, слишком раскованно себя повела: танцевала, веселилась, смеялась. Владимиру Владимировичу это не понравилось, и мне было совершенно четко сказано, что наши дальнейшие отношения невозможны. В тот момент я поняла — надо уезжать. Я даже спорить не стала, потому что все было сказано достаточно решительно. Тем более что я отношусь к тем людям, которые понимают слово, его значимость. А обиды за сказанное не было. Ведь со мной поступили честно, сказали все прямо в глаза. Я уехала... Не скрою — было очень тяжело. Очень!

А через две недели подхожу к двери квартиры, а к ней приколота маленькая такая записочка: "Да, дружочек, это я". И — номер телефона... Впоследствии Владимир Владимирович говорил, что его поездка "получилась"... Ну а если приехал, то почему бы не зайти... Помню, при встрече я плакала, объяснялась в любви, говорила, что Владимир Владимирович мне необходим. Затем я поехала его провожать... Но наши отношения были по-прежнему неопределенны...  

То, что Владимир Владимирович всю нашу совместную жизнь меня испытывал, — совершенно точно. Всегда было ощущение, что он все время как бы наблюдал за мной — какое я сейчас приму решение, верное или нет, выдержу ли я то или иное испытание.

О предложении руки и сердца

Я вышла замуж через три с половиной года после знакомства, 28 июля 1983 года. К слову сказать, за все прошедшее с тех пор время мы ни разу не отмечали годовщину свадьбы.
Когда познакомились и начали встречаться, то не было особого смысла создавать семью. Ясно было, что впереди пять лет учебы и дети в данной ситуации невозможны. 

Полтора года я прожила в коммуналке. Затем, перед возвращением из армии сына хозяйки, переехала в общежитие. Если честно, то еще было жаль ежемесячно платить 30 рублей за комнату.
Владимир Владимирович жил с родителями, которые так, наверное, и не смогли меня принять в полной мере. Но внешне политес соблюдался полностью. Так что пятницу, субботу и воскресенье я, как правило, проводила у Владимира Владимировича. Несмотря на то, что мы были достаточно много времени вместе, разговор о свадьбе никогда не заходил.