Американка через суд пытается превратить сына в дочь

Отец Джефф Янгер уже мог прощаться с сыном и пытаться смириться с мыслью, что теперь у него появилась дочь. Но, вопреки мнению присяжных, судья вынес решение, запретившее делать ребенку операцию без согласия отца. Правда, это не значит, что мать не может и дальше наряжать сына в девчачьи наряды. И уже тем более это не значит, что окончательно победил здравый смысл, передает ntv.ru

За судьбой этого мальчика следила вся Америка и весь мир. Джеймсу Янгеру всего семь, и уже четыре года его мама доказывает, что он на самом деле девочка Луна. А папа уверяет, что всё-таки мальчик Джеймс. Выяснять, кто у них — дочь или сын — родители стали в суде.

Джефф Янгер: «Это письмо от бывшей жены, где она говорит об удалении пениса моего сына: „Ты наверняка веришь, что поступаешь на пользу ребенку… Но в то же время маленький мальчик, родившийся без пениса, все еще мальчик,  а маленькая девочка, родившаяся с пенисом, все еще маленькая девочка в своих мыслях“. Ребят, это клиника».

Новость в начале этой недели потрясла всех — присяжные заседатели 11 голосами против одного встали  на сторону матери. И согласились: семилетнему ребенку нужно сменить пол.

Джефф Янгер:  «Я не верю, что Джеймс хочет этого. Я думаю, Джеймс просто хочет, чтобы мама его любила, и он сделает все что угодно ради ее любви. Это больше всего причиняет мне боль».

В ожидании решающего слова суда замерла даже толерантная Америка, которая приняла, что дочь голливудской дивы  Анджелины Джоли Шайло начала гормональную терапию в 12 лет. Быть непохожим решил и сын еще одной актрисы — Шарлиз Тэрон. В три года  Джексон понял, что на самом деле он девочка. Но одно дело — звездные дети. А другое — обычный мальчик Джеймс из Далласа. Самый главный вопрос, на который должен ответить судья: самостоятельно ли Джеймс  принимает решение о смене пола или под влиянием матери?

В этом  возрасте дети легко внушаемы и запросто меняют решение под влиянием  более авторитетного взрослого. Свой гендер в эти годы дети определяют только по привитым им моделям поведения. Стандартная гендерная модель: девочки играют с куклами, единорогами и посудкой. Мальчики —  с танчиками, роботами и солдатиками. Но все легко меняется, стоит только в игру вмешаться взрослому.

Одиннадцать-двенадцать лет — именно в этом возрасте Ева и Альбина Матюнины поняли, что они девочки. Но ведь родились-то они мальчиками. Два года подростки наблюдались у психологов и сексологов. За эти 24 месяца Матюниным пришлось ровно 566 раз ответить на один и тот же вопрос, заданный в разных формулировках. В итоге клинический диагноз — истинный транссексуализм, код F64.0. В 14 лет  началась гормональная терапия. Ева перенесла шесть операций, Альбина —  восемь. Всю жизнь они будут принимать гормоны. Диагноз Матюниных — транссексуализм — в мае этого года медики перестали классифицировать как психическое заболевание и отнесли его в раздел сексуального здоровья. Если бы это произошло раньше, Уолту Хэйеру не пришлось бы дважды проходить через операцию по смене пола. Впервые о смене пола он задумался в детстве.

Уолт Хэйер: «Каждый раз, когда  я оставался у бабушки, она наряжала меня, как девочку… И это зародило  мысль, что я должен стать девочкой и бабушка будет любить меня сильнее. А потом меня увидел мой дядя и изнасиловал».

Уолт стал женщиной, но это никак не решило его проблем. Его переделали обратно. На все ушло два миллиона долларов.

Возвращаясь к Джеймсу Янгеру — суд принял решение, что оба родителя должны участвовать в воспитании ребенка. И Джеймс останется мальчиком — пока. По закону мать имеет право снова опротестовать это решение. И эта битва за сына может продолжаться до самого совершеннолетия ребенка.