Узбекский беженец обвиняет молдавскую транспортную компанию в попытке вымогательства 500 евро

Документы были отправлены из Кишинёва в Дортмунд регулярным рейсом, но не дошли до него из-за инцидента, произошедшего на территории Румынии, сообщает stiri.md со ссылкой на  zdg.md

Камалов утверждает, что водитель автобуса позвонил ему во время поездки и сообщил, что румынская полиция обнаружила его паспорт и другие документы в посылке, требуя 500 евро. Он отказался платить деньги и потребовал официальные документы. По прибытии в пункт назначения водитель якобы потребовал у него ту же сумму за возврат документов, не предъявив никаких подтверждающих документов.

Водитель утверждает, что автобус подвергся проверке в Румынии, и власти потребовали денег за разрешение продолжить поездку: «Мобильная таможенная группа вызвала полицию, поскольку в посылке были документы… В итоге никаких документов они не оформили… заплатили определенную сумму за продолжение поездки. Не могу сказать, сколько».

Однако Пограничная полиция Румынии сообщила zdg.md, что данных, подтверждающих проверку автобуса, нет, отметив, что уведомление «является предметом предполагаемого коррупционного деяния».

Камалов утверждает, что в посылке находились его узбекский паспорт, диплом бакалавра, ноутбук и другие вещи: документы, которые он не может восстановить, поскольку его возвращение в Узбекистан было бы опасным. В Германии он подал жалобу в полицию.

Транспортная компания 307Calator.md, которой руководит Владимир Немцану, отрицает обвинения, но отказалась от публикации разговора с журналистами.

Камалов, бывший адвокат, заявил, что подвергается преследованию в Узбекистане за сотрудничество с журналистом Абдукодиром Муминовым, приговорённым к семи годам лишения свободы за расследование дела зятя президента Шавката Мирзиёева. После ареста Муминова Камалов покинул страну, был временно задержан в Дубае, и, согласно его показаниям, узбекские спецслужбы якобы пытались вернуть его в страну.

Он утверждает, что в Дубае его допрашивали пять дней: «Они открыто говорили мне, что Узбекистан до последнего требовал моей экстрадиции».