Ссылка скопирована
СЛЕПОЙ ПОВОДЫРЬ
45-летнему бельчанину Валерию Бучкову несколько лет назад нежданно-негаданно привалило наследство - треть суммы от проданной после кончины отца квартиры. Он, недолго думая, деньги истратил. Инвалид первой группы (слепой на оба глаза), отец троих детей не бросился по магазинам покупать им еду-одежку, а… кинулся в типографию и издал книжку. Увековечил стихи собственного сочинения тиражом в 200 экземпляров. И раздарил друзьям, знакомым и знакомым знакомых. Шаг, прямо скажем, не всеми понятый. По ...

45-летнему бельчанину Валерию Бучкову несколько лет назад нежданно-негаданно привалило наследство - треть суммы от проданной после кончины отца квартиры. Он, недолго думая, деньги истратил. Инвалид первой группы (слепой на оба глаза), отец троих детей не бросился по магазинам покупать им еду-одежку, а… кинулся в типографию и издал книжку. Увековечил стихи собственного сочинения тиражом в 200 экземпляров. И раздарил друзьям, знакомым и знакомым знакомых.
Шаг, прямо скажем, не всеми понятый. По большому счету, получилась звонкая пощечина воцарившемуся ныне повсюду культу наживы, потребления и удовольствий.
НАИКРАТЧАЙШИЙ АПОКАЛИПСИС
Не вполне уверенной рукой раскрываю томик в черном переплете с золотым теснением “Исповедь” - а ну как там заурядный провинциальный детский лепет, китч, наивняк, “стихозы”? Автор-то десятилетку в свое время не закончил, на завод подался.
Вчиталась. И покатились на меня со страниц перламутровыми бусинами прелестные сонеты. Посыпались одна за другой антитезы - противопоставления, из которых и соткана полосатая наша, черно-белая “жисть”. Жаркие прозвучали молитвы. Множество исступленных признаний в любви сделал тут поэт Богу и людям. Вирши поразили языком, лишенным метафор, доступностью своей призванные достучаться до самых простых сердец.
Вот простейший по форме стишок:
Жизнь после смерти,
Смерть после жизни,
Смерть после смерти,
Жизнь после жизни.
Свет после тьмы,
Тьма после света,
Тьма после тьмы,
Свет после света.
А ведь это - наикратчайший Апокалипсис (Откровение). Здесь перечислены варианты существования человеческого духа после рождения и в посмертии: как жил, то себе и заслужил. Вот программное восьмистишие:
Как разобраться, кто мы тут?
Зачем пришли, куда уйдем?
В чем души вечность обретут?
Что мы оставим, что возьмем?
Любовь поможет свет найти.
Любовь откроет путь к вершине.
С любовью сможем мы взойти,
Она спасет нас в Божьем Сыне.
ТЕЛЕФОННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Валерий высок ростом, гибкий, с тонкими чертами лица, в юности явно был красавчиком. Ныне смахивает на проповедника-миссионера: благообразен и велеречив. У недоучки с восемью классами образования - сложный литературный, образный язык. С вопроса “Откуда это у тебя?” и началось наше интервью.
- Заслуга всецело супруги. В пору моего ухаживания за ней она читала мне по телефону классические романы с последующим совместным анализом. Ее тихий голос на душу медом ложился. Так я и получил высшее “телефонное” образование. Заодно влюбился по уши. Кстати, задолго до нашей встречи я сам себе нагадал, что женюсь не на ком-нибудь, а на филологине по имени Алла. Сбылось.
- А зрение потерял в результате аварии?
- В тот злосчастный день я взял расчет на заводе - собирался в армию. Во дворе моего дома свистнул приятелю - тот выглянул в окно. Зову: пошли, обмоем мое прощание с волей. Мы сели на мопеды, помчались по бездорожью, наскочили на какое-то препятствие и брякнулись со стальных коней оземь. Друг даже не оцарапался, а я разбил голову, потому что не надел шлем. Через несколько лет он погиб, а я вот живу, но с той поры ослеп.
НОГА НАД ПРОПАСТЬЮ
- Бунтовал?
- Сразу же на корню пресек разговоры о чьей-либо вине в моем несчастье. Палач - он ведь внутри нас сидит, у каждого - свой. И так ли уж важно, кем исполнен приговор? Кирпич с крыши на голову свалился или шесть братков с ломиком за углом подкараулили. Добро или зло, исходящее от человека, “стукается” о небо и возвращается в исходную точку.
Сначала я, конечно, был в панике. Бессонными ночами мучился вопросом: за что?! Вроде бы ни над каким калекой незрячим ни разу не посмеялся, а ведь именно за это, говорят, слепнут. Всегда считал глаза людей окошками в душу, пристально и жадно в них вглядывался. Короче, грехов особых за собой не числил. Романтиком был, максималистом, тянулся к высокому. Девчонок не обижал, не обманывал: надругаться над чужим чувством - не в моем характере.
Глупость и тупость презирал. А вот над
Шаг, прямо скажем, не всеми понятый. По большому счету, получилась звонкая пощечина воцарившемуся ныне повсюду культу наживы, потребления и удовольствий.
НАИКРАТЧАЙШИЙ АПОКАЛИПСИС
Не вполне уверенной рукой раскрываю томик в черном переплете с золотым теснением “Исповедь” - а ну как там заурядный провинциальный детский лепет, китч, наивняк, “стихозы”? Автор-то десятилетку в свое время не закончил, на завод подался.
Вчиталась. И покатились на меня со страниц перламутровыми бусинами прелестные сонеты. Посыпались одна за другой антитезы - противопоставления, из которых и соткана полосатая наша, черно-белая “жисть”. Жаркие прозвучали молитвы. Множество исступленных признаний в любви сделал тут поэт Богу и людям. Вирши поразили языком, лишенным метафор, доступностью своей призванные достучаться до самых простых сердец.
Вот простейший по форме стишок:
Жизнь после смерти,
Смерть после жизни,
Смерть после смерти,
Жизнь после жизни.
Свет после тьмы,
Тьма после света,
Тьма после тьмы,
Свет после света.
А ведь это - наикратчайший Апокалипсис (Откровение). Здесь перечислены варианты существования человеческого духа после рождения и в посмертии: как жил, то себе и заслужил. Вот программное восьмистишие:
Как разобраться, кто мы тут?
Зачем пришли, куда уйдем?
В чем души вечность обретут?
Что мы оставим, что возьмем?
Любовь поможет свет найти.
Любовь откроет путь к вершине.
С любовью сможем мы взойти,
Она спасет нас в Божьем Сыне.
ТЕЛЕФОННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Валерий высок ростом, гибкий, с тонкими чертами лица, в юности явно был красавчиком. Ныне смахивает на проповедника-миссионера: благообразен и велеречив. У недоучки с восемью классами образования - сложный литературный, образный язык. С вопроса “Откуда это у тебя?” и началось наше интервью.
- Заслуга всецело супруги. В пору моего ухаживания за ней она читала мне по телефону классические романы с последующим совместным анализом. Ее тихий голос на душу медом ложился. Так я и получил высшее “телефонное” образование. Заодно влюбился по уши. Кстати, задолго до нашей встречи я сам себе нагадал, что женюсь не на ком-нибудь, а на филологине по имени Алла. Сбылось.
- А зрение потерял в результате аварии?
- В тот злосчастный день я взял расчет на заводе - собирался в армию. Во дворе моего дома свистнул приятелю - тот выглянул в окно. Зову: пошли, обмоем мое прощание с волей. Мы сели на мопеды, помчались по бездорожью, наскочили на какое-то препятствие и брякнулись со стальных коней оземь. Друг даже не оцарапался, а я разбил голову, потому что не надел шлем. Через несколько лет он погиб, а я вот живу, но с той поры ослеп.
НОГА НАД ПРОПАСТЬЮ
- Бунтовал?
- Сразу же на корню пресек разговоры о чьей-либо вине в моем несчастье. Палач - он ведь внутри нас сидит, у каждого - свой. И так ли уж важно, кем исполнен приговор? Кирпич с крыши на голову свалился или шесть братков с ломиком за углом подкараулили. Добро или зло, исходящее от человека, “стукается” о небо и возвращается в исходную точку.
Сначала я, конечно, был в панике. Бессонными ночами мучился вопросом: за что?! Вроде бы ни над каким калекой незрячим ни разу не посмеялся, а ведь именно за это, говорят, слепнут. Всегда считал глаза людей окошками в душу, пристально и жадно в них вглядывался. Короче, грехов особых за собой не числил. Романтиком был, максималистом, тянулся к высокому. Девчонок не обижал, не обманывал: надругаться над чужим чувством - не в моем характере.
Глупость и тупость презирал. А вот над