Владимир Воронин о марше на Кишинёв: "Второго такого шанса у нас уже не будет"

Наша протестная повестка дня понятна. Она состоит из трех букв – JOS ("долой"). Но этого очень и очень мало, даже для бархатной революции. Настоящая, открытая, демонстративная, общенародная консолидация вокруг ПКРМ произойдет, когда мы открыто, понятно и просто заявим о своих целях в области социального, экономического, гуманитарного, внешнеполитического развития страны,-заявил в ходе пленума лидер коммунистов Владимир Воронин.

Владимир Воронин также рассказал, что участники "похода на Кишинев" потребуют  премьер-министра Юрия Лянкэ и президента Николая Тимофти выйти на главную площадь Кишинева для того, чтобы лично ознакомиться с требованиями об отставке и импичменте.

-  Принуждение к поражению основывается на том, чтобы мы смогли создать многократный перевес сил. На нашей стороне должны быть представлены десятки тысяч сторонников и активистов. Во-вторых, многотысячным ядром этой протестной армии должны быть тщательно подобранные, ответственные люди, способные участвовать в протестах в режиме нон-стоп, - заявил глава ПКРМ.

Главный коммунист страны рассказал, что марш на Кишинев будет представлять из себя организованное движение автомобильных колонн, двигающихся одновременно по согласованному маршруту, со всех уголков страны.

- Второго такого шанса – развернуть открытое демократическое сражение власти – у нас уже не будет, - уверен Владимир Воронин, - Молдова сегодня – это большое поле боя, где в оппозиции к власти почти весь народ, вся страна.

Текст программного документа ПКРМ:

 Первое. Срочная интеграция в Таможенный союз. Именно это даст Молдове свежий глоток воздуха. А именно: снижение цен на энергоносители, а значит и снижение себестоимости всей нашей продукции.

 Далее: выход на гарантированные и давно освоенные рынки сбыта молдавских товаров. Экономия в бюджете около полумиллиарда долларов в год - за оплату импортируемого газа, соответствующее снижение всех коммунальных платежей и тарифов, создание условий для расширения и развития местного производства. Это только некоторые из известных эффектов такой интеграции. 

 Напомню еще раз: Таможенного союза в его практическом исполнении до 2010 года не существовало. Сейчас – это реальность. И кто бы и как бы не критиковал те или иные аспекты функционирования Таможенного союза, понятно, что для Молдовы такой путь интеграции означает в первую очередь незамедлительную реанимация всей экономики, вывод ее из состояния клинической смерти.

Второе. Наступательная социальная политика. Мы уже знаем, что эта политика в значительной степени является вопросом политической воли тех, кто находится у власти, а не только и не столько экономических возможностей. 

 Если людям не платить зарплаты и пенсии, если сокращать их доступ к образованию и медицине, то это и есть настоящее экономическое безумие и ментальная неполноценность власти.

 Но, если мы хотим преодолеть не только социальный, но и экономический кризис, то мы должны резко увеличить платежеспособный спрос. Переводя на нормальный, человеческий язык – это означает – повысить пенсии, повысить зарплаты и стипендии. Это еще означает немедленное восстановление всем категориям населения социальных гарантий, отмененных нынешней властью. Не будет никакого экономического роста, если пенсионеры всех уровней, бюджетни​ки, военные, работники правоохранительной системы и других государственных структур не получат того, что они по праву заслужили своим трудом. Не будет никакого развития, если средняя зарплата не будет превышать этот несчастный прожиточный минимум в три-четыре раза. 

 Не будет никакой социальной стабильности, если не будет ежегодной индексации пенсий, минимум на 20 процентов. Не будет никакого долгосрочного развития, если мы не перейдем на бесплатное, бюджетное, государственное образование в высших учебных заведениях. Такая постановка вопроса – не блажь, а самая суть той прагматики выживания в XXI веке, без которой не бывает никакого общенационального будущего и прогресса.

 Третье. Последние четыре года поставили перед нами еще одну проблему. Я говорю о задаче по уничтожению коррупции и организованной преступности. И, если по своему прошлому опыту мы знаем, что пересажать бандитов и навести порядок на улицах – это вопрос лишь политической воли, то проблема коррупции сегодня выглядит куда серьезнее. Победить это зло, подменившее собой всю систему государственного управления, можно только комплексно, используя силовые структуры и решительно изменив действующую судебную систему. Суды из филиалов и подразделений олигархических кланов должны превратиться в орган их немедленного уничтожения и ликвидации. Прямое избрание судей, право их отзыва, прямой контроль общества над ними – единственный гарант того, что социальный заказ на честность, объективность и беспристрастность будет исполнен.