Тайные переговоры главы КГБ Приднестровья: Финагин предлагает введение молдавского лея в регионе

Об этом он заявил в телефонном разговоре с советником главы тираспольской администрации Юрием Гервазюком. В беседе также участвовал спецпредставитель лидера Приднестровья в Москве Михаил Бергман. Запись, подлинность которой пока официально не подтверждена, появилась на интернет-портале УouTube. 

Авторы записи утверждают, что глава КГБ выступает за открытие филиалов молдавских банков на территории Приднестровья. Финагин, якобы, уверен, что через два года это приведёт к полному падению рубля.

«Я бы сделал следующим образом: учитывая, что наши экономические агенты зарегистрированы в Молдове, я, для обслуживания клиентов, разрешил бы открыть здесь пару филиалов молдавских банков под видом того, что надо их обслуживать и запускать лей, и через два года рубль сдохнет», - отмечает Владислав Финагин.

В той же записи, он заявляет, что план федерализации Молдовы, появившийся в прессе в середине августа, был подготовлен при участии бывшего главы приднестровского МГБ Владимира Антюфеева, а также ФСБ и Службы безопасности Украины. Об этом он сообщил в телефонном разговоре Михаилу Бергману. По словам Финагина, план является фальшивым, и в редакцию агентства "Регнум" он попал из одесского корпункта. 

«У них есть одесский корпункт, у них есть представительство здесь. Это сделали люди Антюфеева. Это их фальшивка. Вместе с Антюфеевым прилетели двое офицеров, один полковник. К ним прибыли сотрудники СБУ и сказали, что вы либо в Тирасполе это делаете, либо в Москве», - говорит он. 

Напомним, в середине августа в прессе появился план федерализации, который предполагал предоставление Приднестровью статуса автономии в составе Молдовы. Государственным языком региона, якобы, должен был стать молдавский, а русский и украинский - официальными. Согласно документу, Приднестровье должно было получить право выхода из состава Молдовы в случае её присоединения к другому государству.

Тогда в миссии ОБСЕ этот план объявили фальшивым, а в Тирасполе, к тому же, назвали провокацией.