Развал по-либеральному. Раскол «партии Гимпу» – всё только начинается

План явно дал сбой. Предполагалось, что Гимпу, побыв «в оппозиции» до следующих выборов, сумеет укрепить свой электоральный потенциал, отыгрывая образ «честного оппозиционера», а Плахотнюк с задавленным им Филатом спокойно отмежуются от одиозного компаньона, примерив маски человечности и «конструктива». Понятно, что «Альянс без Гимпу» ничем бы в своей политике не отличался от «Альянса с Гимпу». Но для некоторых соратников последнего нахождение в оппозиции хотя бы пару месяцев оказалось делом худшим, чем политическая смерть.

И действительно – зачем им было ждать, пока куски «перестраивающейся» власти захватит какой-нибудь Додон или Мишин? Зачем терпеть взбалмошного и не считающегося ни с кем Гимпу, даже если они всем ему обязаны? В результате имеем то, что имеем – две разные политические группы.

Михай Гимпу может сколько угодно занимать парламентскую трибуну, грозя бывшим подчинённым карами как на этом, так и на том свете. Может, за неимением трибуны, делать это на пресс-конференциях и политических ток-шоу. Но факт остаётся фактом – его партия может не пережить оппозиции. Кому нужен фиктивный имидж «несгибаемого оппозиционера», когда некому будет донести его идей до избирателей? Организационная структура на местах – вот кровь, текущая по жилам партий, без которой они умирают. ЛП теперь может и вовсе потерять всё, оставшись лишь с Гимпу и побоявшимся сделать шаг в сторону Киртоакэ.

Ни для кого не секрет, что именно племянника видели заменой дяде сами либералы – не только те, кто объявил себя реформаторами, но и другие, ещё остающиеся. Не Бог весть что, но лучше дяди, да и узнаваемость есть. А теперь его за смелого политика не считают. И показатель тому – рост рядов «либералов-реформаторов». За последнее время они провели два масштабных республиканских форума – в Старом Орхее и в селе Костешты. В обоих случаях вместе с ними заседало всё больше лидеров районных организаций, примаров населённых пунктов, региональных чиновников, а также тех, кто покинул полностью контролируемую Гимпу партию раньше.

Да, они ассоциируются у простого избирателя со словом «предательство». Да, они не менее одиозны и радикальны, чем тот, кого они покинули. Да, они проводят антимолодёжную политику и не считаются с чьим-либо мнением. Да, на их совести – воссоздание надоевшего уже даже носителям крайне правых взглядов Альянса. Да, с таким багажом «заслуг» у них нет шанса пройти в парламент самостоятельно. Но к ним переходит актив Либеральной партии. Который не сможет привести в парламент «реформаторов», но без которого и не вернётся туда «старая» ЛП.

Всё очень просто – как бы ни пытались либералы делать вид, будто у них, в отличие от демократов и либерал-демократов, имеется идеология, их мотивация всё та же – занимать места и не отдавать их. Те, кого продвигала ЛП в тёплые кресла последние годы. С лёгкой душой с ней расстанутся. «Идейных» среди либералов – единицы, да и те в большинстве своём забиты высшим партийным руководством. Либеральная партия ничем не отличается от других таких же. Такие партии не переживают ухода в оппозицию – даже краткосрочного и даже относительно условного.

Либералы-реформаторы в открытую говорят о возможности создания новой партии. Это, собственно, единственное, что им остаётся – ведь «собственную» партию Гимпу им не отдаст. И они, хочешь не хочешь, откусят у Гимпу полтора-два процента голосов. Точно так же, как и «Антимафия» Серджиу Мокану – единственная из внепарламентских партий, у которой есть хоть какое-то подобие региональной структуры. Плюс ещё несколько старых и вновь появляющихся правых партий, которые по отдельности ни на что не претендуют, но каждая из которых откусит часть электората Гимпу. И что тогда остаётся обескровленному дяде?

Представительство открытых унионистов в парламенте исчезнет – останутся только унионисты законспирированные. Это логичный многолетний процесс. В 90-х годах партии, открыто призывавшие к «унире» получали порядка двух десятков депутатских мандатов. В следующее десятилетие – чуть больше десятка. К середине второго десятилетия двадцатого века унионисты могут получить от народа бюллетенем по носу окончательно.