Мишин прокололся на кадрах, Бабенко – на бюджетниках

Даже в социальных интернет-сетях, где выражение эмоций не регламентируется, - спокойствие. Общее настроение: «Ушли, ну и Бог с ними». Ту же позицию занимает и руководство ПКРМ.

Никаких специальных пресс-конференций и обличительных деклараций. Даже исполнительный секретарь ПКРМ Юрий Мунтян воздержался от резких высказываний – хотя от него-то подобного и ожидали.

Ветераны ПКРМ, возрождавшие ее в начале 90-х, вроде Антона Мирона, тоже особенной реакции в отношении «особого» случая не проявляют. Все коммунисты, будто сговорившись, ведут себя, словно давая понять – их сейчас заботит будущий съезд, а не то, что кто-то там ушел, пусть и очень заметный.

Вадим Мишин «и примкнувшие к нему» Олег Бабенко и Татьяна Ботнарюк мотивировали свой выход из фракции ПКРМ желанием работать в парламенте, в то время как партия бойкотирует заседания. Но как заявляют в ПКРМ, тот же Мишин ни разу ни на одном собрании центрального комитета, да вообще ни на одном собрании либо выступлении на Гражданском конгрессе не призывал и не предлагал снять бойкот парламента. Напротив, он чаще многих объявлял парламент нелегитимным.

Завтра у коммунистов VII съезд. И стань Мишин в одночасье принципиальным сторонником возвращения ПКРМ в парламент, он мог бы выступить с таким предложением на съезде. Но он предпочел уйти накануне.

«Если бы трое депутатов вышли из ПКРМ в понедельник, не согласившись с решением съезда – их бы еще поняли. Но выход до съезда говорит лишь о том, что речь вовсе не идет об идейных принципах», - говорят в ПКРМ.

Мишину грозило выбыть из ЦК

У Вадима Мишина не было ни одной «идеологической» причины объявлять о своем уходе из ПКРМ именно теперь, а не позже. Вопрос о продолжении бойкота или возвращении в парламент на съезде в любом случае будет поднят – мнения внутри партии на этот счет разнятся, и обсуждать ситуацию надо.

Мишин опасался намеченного съезда, говорят в ПКРМ. После ухода Виктора Степанюка именно к Мишину перешло все влияние бывшего «идеолога». Многие внутри ПКРМ это встретили благожелательно – в отличие от готового воевать со всеми даже без мелкой причины Степанюка, Мишин старался сохранять рабочие отношения со всеми, вне зависимости от того, какие мнения они высказывали. Но…

Весь 2010 год Мишин оставался, наряду с Марком Ткачуком, главным идеологом неголосования за кандидатуру Мариана Лупу на пост президента. Однако после ноябрьских выборов его позиция стала куда мягче. Другие влиятельные в ПКРМ люди придерживались какой-то одной точки зрения – кто-то считал, что нужна «левоцентристская» коалиция с демократами, кто-то считал ее губительной и предлагал «додавить» Филата.

Вадим Мишин занял выжидательную позицию. Он поддерживал любую возможность создать коалицию с кем угодно. Но поддерживал пассивно, дабы самому не подставляться под удар.

Перспектива оставаться в оппозиции еще пару-тройку лет не прельщала депутата-старожила. Но вовсе не это заставило его выйти из ПКРМ накануне съезда.

Как правило, на съездах коммунисты серьезно меняют руководство партии.  И для Мишина ближайшая суббота могла завершиться нежелательными последствиями. Тогда ему пришлось бы уходить с видом «обиженного». Или, еще хуже, получить ушат критики от делегатов. А к тому были все предпосылки.

Кадры решили: «Все!»

Начиная с 2010 года, Вадим Мишин потерпел слишком много неудач по части кадровой политики. Он пытался закрепить влияние, продвигать «нужных» людей в разных регионах и ветвях местной власти. И слишком часто ошибался.

Показательна история с Петром Донцовым. После его выхода из фракции ПКРМ в столичном муниципальном совете многие вспомнили, что Донцов еще в 2001 году выдвигался кандидатом в депутаты от блока «Единство» Валентина Крылова, и решили, что он был представителем социалистов и в списке ПКРМ. Коммунисты и не пытались опровергнуть миф о том, что Донцов – «человек Додона». Они, как всегда, прятали свои внутренние разногласия. Дело в том, что советник Донцов был креатурой члена исполкома ПКРМ Вадима Мишина.

Когда включение Донцова под высоким 4-м номером в списки ПКРМ на местных выборах не понравилось другим кандидатам-коммунистам, Мишин предпочел пойти с ними на конфликт. Заявил, что они-то как раз и есть ненадежные, в то время как давно знакомый ему по системе МВД Донцов «скорее умрет, чем предаст фракцию».

Поговаривают, что Мишин потом всеми силами уговаривал Донцова вернуться во фракцию хотя бы на время. Не получилось.

Провалом завершились и попытки Мишина влиять на ситуацию в Гагаузии. Именно он «прикрывал» в исполкоме группу местных функционеров во главе с Демьяном Карасени, желавших, чтобы башканом стал примар Николай Дудогло, а не кандидат от ПКРМ Ирина Влах. В результате «двойной игры» (Карасени, как говорят источники «МВ», открыл два штаба - для двух кандидатов) Влах во второй тур не вышла, уступив Дудогло всего пару сотен голосов. Но расчет не оправдался – вышедший во второй тур комратский градоначальник стал легкой добычей для действующего башкана Михаила Формузала.

Ни капли дегтя

Множество нареканий вызвала и активная поддержка Мишиным ушедшего с ним депутата Олега Бабенко, владельца и бывшего ректора Славянского университета. Если сам Мишин обладал огромным кредитом доверия, то бывший член Демпартии Дьякова-Стурзы и самый богатый депутат-коммунист Бабенко мог похвастаться лишь высоким антирейтингом. Причем с самого начала перехода в ПКРМ.

 «Красный ректор» неоднократно хвалился перед председателем ПКРМ Ворониным, что в его университете действует крупнейшая комсомольская организация, а множество молодых людей получают бюджетное образование. Это, в конце концов, вызвало ответную реакцию комсомольских лидеров – сначала Бабенко был осмеян на районной конференции, а затем обличен в наглой лжи в присутствии Воронина.

Уход Бабенко был ожидаем. Его положение и без того становилось шатким, а уж без поддержки Мишина он мог и не рассчитывать на попадание в список кандидатов от ПКРМ на следующих парламентских выборах.

Татьяна Ботнарюк и вовсе не удивила. Совсем недавно в Дондюшанском районе фракцию ПКРМ покинули несколько советников. Источники в ПКРМ связывают их решение с «происками одного весьма известного бизнесмена-политика». Какого именно, не уточняют. Но то, что спустя всего пару дней представительница того же райкома решила покинуть фракцию, вряд ли простое совпадение.

Впрочем, Дондюшанский район слишком «красный» (наряду с Окницким, Бессарабским и Дубоссарским). И уход из партии никому не известной за пределами района Татьяны Ботнарюк бьет, прежде всего, по ее рейтингу, чем по рейтингу ПКРМ.

Что дальше?

Вадим Мишин уже заявил, что ни в одну из парламентских фракций не вступит. Додон рассчитывает, что вскоре в парламенте появится новая фракция, которая объединит всех бывших коммунистов в нынешнем парламенте. Не исключено, что она станет выгодно торговать «золотым голосом», играя на разногласиях внутри АЕИ.

Вполне возможно, Мишин возглавит (либо войдет в руководство) одной из небольших партий. А потом даже создаст блок подобных мини-политформирований. Но перспективы у него, заключают аналитики, все равно невелики. На левом внепарламентском фланге нет рейтинговых политиков. Собственный личный рейтинг Вадима Мишина крайне специфичен. Он всегда привлекал голоса в качестве «одного из лидеров» ПКРМ, но сам по себе широкой поддержки он не получит. «Он хорошая составная часть, но не основное блюдо», - заметили «МВ» уже бывшие товарищи Мишина.

Если с Цурканом ушел Степанюк, с Додоном – Гречаная, то с Мишиным – никого действительно заметного.

«Два года назад такое событие нанесло бы партии Воронина глубокую рану, - говорят в ПКРМ. - Сейчас ситуация такова, что даже сторонники ПКРМ не особенно реагируют на чей-либо выход из фракции. Пообвыклись».