Майя Санду ответила на вопросы интернет-пользователей

– Почему на выборах 30 октября люди должны проголосовать именно за вас?

– Думаю, что корректнее было бы сказать, какой именно президент нужен нашей стране. Независимый, неподкупный и интеллигентный. Независимый, потому что только тот, кто не зависит ни от кого, может представлять интересы народа. Неподкупный, потому что только тот, кто не допускает нарушений и незаконных действий, которого нельзя шантажировать, и который является свободным и независимым, может защищать население. Умный, потому что проблемы, с которыми сегодня сталкивается Молдова – действительно сложные. Кроме того, в нынешней ситуации, когда большинство государственных институтов не работает должным образом, президент должен знать и понимать где именно могут быть нарушения и злоупотребления. Понимать, какими именно рычагами он может воспользоваться  в отношениях с государственными органами. И как работать в интересах народа Республики Молдова.

О себе могу со всей ответственностью заявить, что являюсь честным человеком. За всю свою жизнь не украла ни одного бана ни у людей, ни у государства. И, думаю, это очень важно. Особенно в тот момент, когда мы пытаемся справиться с самой главной проблемой нашей страны – коррупцией. Имею опыт работы на публичной должности и за время работы показала, что могу работать даже тогда, когда было тяжело, когда появлялось противодействие реформам, которые я проводила. Я не испугалась и проводила реформы, потому что верила и продолжаю верить, что изменения были в интересах граждан. И еще могу сказать, что обладаю опытом работы не только в стране, но также и вне ее, в международных организациях. Потому что у меня была возможность изучить модели развития других стран, изучить опыт других государств. Все это, и мои самые честные намерения изменить ситуацию в лучшую сторону, чтобы люди, которые работают честно и нуждаются в хороших условиях жизни, делают меня достойным кандидатом на пост президента.

– Ваше мнение о Владе Плахотнюке. Считаете ли вы его участником кражи миллиарда?

– Мое мнение о нем очень простое: считаю его причастным к гораздо большему числу коррупционных дел и в особенности к захвату многих государственных учреждений и органов. Это не является секретом ни для кого: многие государственные институты подчиняются ему в той или иной форме. И этот человек использует их для достижения своих личных или политических целей. Все это делается для того, чтобы оставаться во власти. Самое серьезное злоупотребление заключается в том, что он подчинил себе все органы власти, которые по праву принадлежат нам. Потому что мы платим налоги и из наших денег платят зарплату тем, кто там работает. Он подчинил себе все и не проявляет даже толики уважения по отношению к демократии, а кроме того защищает и покрывает людей, которые участвуют в коррупционных схемах. Координатор коррупции – по-моему, это говорит само за себя. О том, что он за личность.

– Если вы станете президентом Республики Молдова, какая судьба ждет законопроект о миллиарде, который перекладывает украденную сумму на спину граждан.

– К сожалению, этот законопроект уже принят парламентом и промульгирован. Одним из способов выхода из сложившейся ситуации является работа следующего парламента, который мог бы изменить этот закон. Другим способом, гораздо более реальным и оперативным, является возврат денег, то есть изучение следов денежных операций. И здесь президент может сделать решительные шаги: обратиться к международным организациям и правительствам других государств с тем, чтобы они помогли с расследованием этого преступления и с тем, чтобы деньги для возврата были найдены.

– Я давно нахожусь в России, но поддерживаю вас. Могу ли я рассчитывать на то, что отношения России и Молдовы не будут окончательно испорчены, несмотря на трудный характер российских властей? Какую политику в отношении России вы собираетесь проводить, если станете президентом?

– Нам обязательно нужны хорошие отношения со всеми странами. Россия большая страна, и мы понимаем, каким влиянием в регионе она обладает. Нам необходимо строить хорошие отношения и с Западом, и с Россией. Эти отношения должны быть построены на взаимопонимании и взаимоуважении интересов друг друга. У нас есть экономическая заинтересованность, потому что, с одной стороны, Россия – это большой рынок, а у нас маленькая страна, которая зависит от экспорта. С другой стороны, в России трудится очень много наших граждан. Конечно, мы надеемся, что в недалеком будущем мы сможем создать рабочие места у нас, чтобы все желающие могли вернуться обратно. Но даже при этом мы должны сделать все возможное, чтобы те, кто там работают, располагали всеми условия. Для этого у правительства должны быть хорошие отношения с Россией.

– Не считаете ли вы, что дискредитируете себя тем, что состояли в одной партии с экс-премьером Владом Филатом, который причастен к краже миллиарда? Почему вы ничего не предприняли в тот момент, вы же наверняка знали о происходящем?

– Нет, я не знала о происходящем и я не дискредитирую себя. Объясню: я работала в министерстве просвещения и могу ответить за все то, что мы делали там, за те реформы, которые мы начинали. У меня была поддержка ЛДПМ, но, к сожалению, в других секторах произошло то, что произошло. Конечно, никто не рассказывал, что они собираются красть миллиард, потому что если бы они рассказывали, этого бы не было. На сегодняшний день непонятно, что творится в банковской системе и мы тоже ничего не знаем. К сожалению, все это произошло. Но могу сказать одно: если вы работали на своем месте честно и добросовестно, а ваш начальник совершил нечто противозаконное, вы бы чувствовали себя виноватым за то, что у вас на предприятии происходило? Когда расследование кражи будет завершено, станет понятно, кто принимал участие и кто знал об этом. Я узнала об этом тогда же, когда и вы, после того, когда об этом было объявлено в Нацбанке, когда объявили, что эти три банка находятся в таком плохом состоянии. Я не чувствую себя виноватой, потому что невиновна, и верю, что правда все-таки будет найдена.

– Став президентом, вы можете помиловать Влада Филата. Это возможно с вашей стороны?

– Я не собираюсь никого помиловать. Я хочу выстроить такую государственную власть, в особенности генеральную прокуратуру, чтобы все те, кто были причастны к краже миллиарда и к другим кражам, были наказаны по закону.

– На протяжении предвыборной кампании сталкиваетесь ли вы с трудностями и противодействием конкурентов?

– Самую большую трудность вызывает тот факт, что мы боремся только легальными методами. А значительная часть наших конкурентов используют нелегальные методы. То, что они тратят значительные суммы, которые не принадлежат им и приходят из закрытых источников, – вызывает сомнение. Если бы их партии функционировали на законном финансировании, они бы не смогли собрать миллионы. Например, Демократическая партия потратила 15 миллионов леев за 2 недели. Они транслируют портрет Мариана Лупу по всей стране с утра до ночи. Когда люди включают телевизор, они видят одно-единственное лицо. И это нелояльная конкуренция. Если бы они соблюдали закон, то, также как и мы, обладали бюджетом 80 тысяч леев ежемесячно. Именно столько мы можем собрать от наших сторонников. Административный ресурс, который использует действующее правительство, – это еще один незаконный метод в предвыборной борьбе. О телевидении я вообще не говорю: использование скрытой рекламы, которое возможно благодаря пробелам в законодательстве.

Разумеется, появляются препятствия и для сторонников PAS, которые проводят агитацию на местных уровнях.

– Будет ли открыто уголовное дело на Плахотнюка после того, как вы придете к власти?

– Я уверяю вас, что после избрания меня президентом я назначу генерального прокурора, который сделает это. Президент не может открывать уголовные дела, а генеральная прокуратура – обязана. Именно такой прокурор нам нужен.

– Какими будут первые шаги после вашего избрания на пост президента? Что будет в вашей повестке дня?

– На сегодня самой главной задачей является расследование кражи миллиарда и, как я уже говорила, необходимо обращение к главам иностранных государств, а также международным организациям, которые могут нам помочь. Это экстренная проблема, и с нее я начну свою деятельность на посту президента.

– Где вы родились и кто ваши родители?

– Я родилась в Фалештстком районе, в селе Рисипень. Моя мама – бывший учитель. Сейчас она на пенсии, после 46 лет работы, с пенсий 1200 леев. Как и многие жители республики с трудом живет на эту сумму. Мой отец был ветеринаром, но скончался много лет назад.

– Майя, почему сейчас непонятно, что творится в министерстве просвещения?

– Спрашивать нужно не меня. К сожалению, большинство реформ, которые мы начали, не продолжаются. Нам понадобилось 2 года, чтобы парламент принял новые законы об образовании. Но сейчас ничего не происходит, и то, над чем мы так долго работали, отложили в сторону. Единственное, что там осталось – это экзамен бакалавра, который прошел практически согласно правилам, на уровне. И это связано с тем, что люди, которые там сейчас работают, были со мной в одной команде.  

– Возможно ли ипотечное кредитование в 8% годовых для молодых семей, как обещают ваши конкуренты?

– Вообще, демографическая проблема очень серьезная, и результаты этого мы уже чувствуем: некому платить в соцфонд и скоро неоткуда будет платить пенсии. Поэтому для этой проблемы должны быть радикальные меры. Для того, чтобы улучшить демографическую ситуацию есть два пути решения: рабочие места и жилье.

Я видела, как правительство принимало решение о выдаче земли на постройку домов для университетов. За счет этого проекта цена на жилье была несколько ниже. Это же самое может сделать правительство для молодых семей.

– Все, кто хотят добраться до власти, обещают, что будут открыты рабочие места для тех, кто работает за границей. Скажите, какие это будут места, если мы ничего не производим. В советское время 60% населения работали в агросекторах. Но сейчас никто не заботится об аграриях. Как вы будете решать эту проблему?

– Мы не можем сказать, что сегодня в сельском хозяйстве должно быть задействовано 60% трудоспособного населения, потому что структура экономики резко изменилась. Нам необходимо искать пути повышения производительности, но это значит, что меньше людей смогут быть задействованы в этом. Чтобы вывести агрокомплекс на необходимый уровень, необходимо предпринять ряд действий. Во-первых, навести порядок в сфере субсидирования, о которой мы говорим много лет, но ни одно правительство так и не сделало ничего полезного. Во-вторых, привести в порядок инфраструктуру, потому что мелкие хозяйства зачастую не могут складировать, сохранять и предложить потребителям свои товары. Кроме того, государство должно помочь защитить мелкие хозяйства от конкуренции со стороны более крупных. Вы прекрасно знаете, какая цена от производителей и какая цена продукции на рынке. И в-третьих, необходимо привлекать инвесторов. Не имеет значения: иностранные они или местные. Это означает, что инвесторы должны быть уверены в безопасности, раз уж они открывают свое дело. Должны быть уверены, что их не обманет государство, не появится налоговая служба или экономическая полиция под надуманными предлогами. Все эти надзорные органы должны изменить собственное отношение и философию, понимая, что в маленькой стране невозможно процветание, если не будет экономических связей. До тех пор, пока контролирующие органы видят в экономических агентах нарушителей, пока за каждую запятую необходимо платить взятки или штрафы… До тех пор у нас не будет здоровой экономики.

– Есть ли у вас договоренность с Андреем Нэстасе о его назначении на руководящие должности в парламенте в случае избрания?

– Мы не делили должности. У нас общая цель с платформой DA: не позволить нынешней власти взять контроль и над президентом. Эта цель позволила выстроить наше сотрудничество. В остальном мы разделяем общую идею о том, что только достойные, умные люди должны представлять население страны в законодательных органах. Разумеется, после выборов мы обсудим, каким образом будет проходить сотрудничество наших команд при подготовке к парламентским выборам.  

– Госпожа Санду, какие проблемы в сфере образования являются самыми серьезными?

– На мой взгляд, самая серьезная проблема – недостаточная мотивация кадров, которые работают в системе образования. Все знают, что существует ничтожный процент молодых, которые хотят учиться педагогике, и еще меньше тех, кто хочет, после учебы, работать в школах. Мы рискуем через некоторое время остаться вообще без учителей. Статистика говорит, что через несколько лет свыше 60% педагогического состава достигнет пенсионного возраста. Хочу заметить, что качество образования зависит от качества образования самих педагогов. Поэтому самая срочная задача в этой сфере – серьезные вложения со стороны государства в подготовку педагогов, повышение уровня их зарплат. Это послужит сигналом о том, что эта профессия вновь стала достойной.

– Если бы во второй тур выборов прошли Игорь Додон и Мариан Лупу, кому бы вы отдали свой голос?

– Никому. Мариан Лупу не может пройти во второй тур. Если это случится, мы с уверенностью можем сказать, что Демократическая партия украла право выбора.

– Зная, что покупатель в первую очередь покупает глазами, не было бы больше смысла разместить на каждом шагу свои билборды, как это делают ваши конкуренты?

– Чтобы так делать, нам пришлось бы воровать, потому что содержание билбордов стоит очень дорого. Мы не признаем воров и воровство в целом.

– Каковы источники финансирования вашей партии?

– Если вы зайдет на онлайн-страницу нашей партии, вы сможете изучить детальный ежемесячный финансовый отчет, в котором указаны как доходы, так и расходы. Деньги приходят от наших членов, которые выплачивают годовые взносы в размере 120 леев. Кроме того, партия существует на пожертвования, которые делают сами члены, либо сторонники нашей партии. Мы установили определенный лимит пожертвований, и он существенно ниже того, который прописан в законе. Потому что мы считаем, что в бедной стране, политические партии не могут тратить огромные денежные средства, как это делают другие. Например, партия социалистов, потратившая за 2 недели избирательной кампании 2 млн леев. Представьте себе, какая бессмысленная трата денег в то время, когда многие не могут себе позволить даже самого необходимого, даже хлеба.

– Будет ли в Молдове принят закон о защите животных и введена уголовная статья за жестокое обращение с ними?

– У президента есть право законодательной инициативы и я обязательно им воспользуюсь. Потому что этот вопрос на уровне главы государства не поднимал никто.

– У вас есть коты? И сколько?

– У моей мамы есть кошка, которая каждый год приносит по пять котят. А мы потом ищем, куда бы их отдать.

– В Швейцарии 4 официальных языка. Видите ли вы русский в качестве государственного языка нашей страны?

– Мне кажется, вопрос несколько в другом. В Швейцарии несколько иная структура государственного устройства. У нас в стране мы должны создать условия для того, чтобы все смогли выучить свой родной язык: русский, украинский, румынский, гагаузский, болгарский. Эта норма была включена в Кодекс об образовании. Только сейчас главная проблема в учителях. И кроме того, у каждого должна быть возможность выучить и свободно разговаривать на государственном. Если мы это сделаем, то не будет никаких проблем.

– Президент – это гарант Конституции. Будете ли вы бороться за суверенитет страны и что вы думаете об унионистском движении?

– Унионисты представляют часть населения страны, но вопросы подобного характера может решать только весь народ целиком. Демократические нормы говорят, что никто, кроме народа не может решать подобные вопросы. Народ будет решать, как Молдова будет двигаться дальше. И я это буду поддерживать. Я здесь для того, чтобы просить вашего голоса, чтобы я могла остановить коррупцию, улучшить образование, улучшить жизненные условия населения Молдовы. Остальные вопросы будут обсуждать в процессе демократического правления.

– Скажите, как вы будете бороться с коррупцией? Будет включен репрессивный аппарат или введена смертная казнь? Или какими другими методами?

– Не нужно идти на радикальные меры. Нужно, чтобы соблюдался закон, чтобы работала прокуратура, чтобы с коррупцией действительно боролись. И когда за кражу миллиарда будут сидеть по 30 лет в заключении, тогда не надо будет думать, как бороться с коррупцией и вспоминать о не очень цивилизованных методах.

– Будет ли распущен парламент в случае вашего избрания президентом?

– Он может быть распущен только в рамках закона. Для этого должны быть определенные условия.

– Какие конкретно шаги вы собираетесь предпринять для улучшения материального положения граждан?

– Люди нуждаются в рабочих местах и в хороших зарплатах. Если бы у всех были деньги, тогда никого бы не волновали вопросы коррупции. Коррупция стала бы абстракцией. Но именно из-за нее у нас мало рабочих мест и низкие зарплаты. Нет инвестиций, люди не хотят этим заниматься. В публичных учреждениях низкие зарплаты. Каждый раз, когда я направлялась в министерство финансов, чтобы просить о повышении зарплат для учителей, мне говорили, что денег нет. Но мы видим, что деньги есть и на покрытие кражи, и на послабление налогов для определенных компаний. Счетная палата говорила о том, что за последние 4 года в казну не платили порядка 50 миллиардов леев. Это резервы из, которых можно платить зарплаты, повышая уровень жизни граждан. Здоровая экономика требует хорошо подготовленных специалистов. Необходимо продолжить реформы в сфере образования, а это значит, что профессиональные училища необходимо реабилитировать, изменить положение дел в университетах. Но начинать нужно с коррупции.

– Будет ли продолжать закрывать школы, как делали это, когда были министром образования?

– Школы закрываются, потому что люди, которые больше не верят в эту страну, стараются поскорее из нее уехать. Эти процессы мы наблюдаем уже на протяжении многих лет. И необходимо создать условия, для того чтобы они не только не уезжали, но даже возвращались. Тогда у нас не будет случаев, когда в школе только один учитель, который не хочет работать за небольшую зарплату. Это порождает неравенство в подготовке детей к экзаменам, что в дальнейшем ведет к другим проблемам. Нас должно интересовать качество образования и мы должны принять те решения, которые нам помогут улучшить качество для каждого ребенка. Если мы сможем вернуть людей, если мы создадим им условия, чтобы они захотели здесь работать, тогда не будет проблем с демографией и не будет школ, в которых 6-20 учеников.

– Перед экзаменами бакалавра молодежь очень жестко критиковала вас и ваши реформы. Но сейчас наблюдается обратная картина: именно молодежь является вашим электоратом.

– Перед экзаменами такая ситуация была из-за того, что они знали, что раньше можно было не готовиться и успешно списать, получив высокую оценку. И в какой-то момент эта возможность исчезает. Но это не вина молодежи. Это вина старших, которые создавали эту систему и комфортные условия для списывания. Но в то же время, в этой системе были дети, которые действительно старались и учились. И они должны были быть отмечены по достоинству, а не по размеру кошелька. И молодежь очень быстро поняла, что правильно, а что нет. Если бы политический класс понял бы это так быстро, то у нас не было бы проблем. К сожалению, с ними все куда сложнее.

– Что вы думаете о работе Дорина Киртоакэ на посту мэра? Вам нравится, как выглядит Кишинев?

– Нет, конечно. У меня нет слов, чтобы сказать, что я думаю о его работе. Я думаю, что у нас никогда не было такого плохого администратора, если его можно назвать администратором. Вместо того, чтобы сделать что-то хорошее и полезное для города, он с нами воевал, чтобы реформы в образовании не происходили. Человек на занимается своим делом. Он так и не понял, что должен делать мэр. Он не смог создать команду, которая бы помогла навести порядок в городе. А то, что мы наблюдаем… У меня просто нет слов.  

– Как вы будет стимулировать местных производителей? Возможно ли отмечать их продукцию специальными маркерами, как например продукты БИО?

– Самый главный стимул – это создание нормальных условий для функционирования. До тех пор, пока над ними издеваются власти, до тех пор, пока малые производители подвергаются нелояльной конкуренции со стороны крупных игроков рынка, у нас не будет нормального развития.

– Какие языки вы знаете?

– Румынский, русский, английский, немного испанский и французский.

– Что будем делать с медициной? Врач не должен иметь зарплату уборщицы.

– Безусловно, это одна из серьезных проблем. С одной стороны мы говорим об огромных деньгах, которые крутятся в системе медицинского страхования и непрозрачности в их использовании. С другой стороны, государство должно обеспечить высокие зарплаты медикам и бороться со взятками. Нельзя требовать от человека чего-то, если ясно, что у него нет средств к существованию.

– На площади Великого Национального Собрания проголосовали за снятие иммунитета с депутатов и президента. Ваше мнение на этот счет, если вы станете главой государства?

– Мне не нужна неприкосновенность. Я не сделала ничего, за что бы мне было стыдно или страшно. Поэтому как кандидат – поддерживаю всецело эту инициативу. Важно не только не давать неприкосновенность, но еще и располагать госорганами, которые могли бы привлечь этих депутатов к ответу, когда нарушается закон.

– Считаете ли вы целесообразным раз и навсегда решить Приднестровский конфликт и провести референдум по примеру шотландского? Если нет, то почему?

– Конечно, решать вопрос нужно. Но это не очень просто. Я считаю, что разговор нужно начать с того, что не только в Приднестровье воруют, а то, что происходит там, происходит при участии молдавских властей. После этих шагов нужно просто показать, что в Молдове живется лучше. Но пока у нас не живется лучше. Потому что коррупция и там, и тут. Бедность и там, и тут. И население Приднестровья не видит причин для воссоединения с Республикой Молдова. Есть проблемы и на региональном уровне – нужно договариваться с большими игроками.

– Ваше отношение к украинским властям Дайте оценку событиям последних 3-х лет.

– Украина сегодня тоже проходит стадию трансформации. У них тоже есть серьезная проблема коррупции и они с ней борются. И я надеюсь, что они смогут улучшить ситуацию. Потому что если они этого не смогут сделать, то у них повторится наша ситуация с кражей миллиарда. Но, мне кажется, что у них есть шанс внедрить реформы. И нам это тоже поможет, потому что если соседи идут по верному пути, то и мы сможем у них чему-то научиться и положить на них в каких-то вопросах. Даже когда мы говорим о решении Приднестровского конфликта, нам нужна помощь Украины.

– Госпожа Санду, у вас есть возможность войти в историю страны, если будете работать сверх меры. Скажите, хватит ли у вас запала не соблазниться воровством и присоединиться к тем, кто расхищает Молдову?

– Мне незачем воровать. Я вернулась в Молдову, хотя на предыдущей работе получала очень хорошую зарплату – больше 10 тысяч долларов. И если бы меня интересовали деньги, я бы продолжала работу во Всемирном Банке в Вашингтоне. Я не брала деньги тогда, когда получала очень маленькую зарплату, но не воровала и тогда, когда получала большую. Это мое кредо, и я хочу чтобы моя совесть была чиста. Если бы мне нужны были деньги, я продолжила бы работу на Западе, там, где большие деньги можно заработать честным путем. Я вернулась сюда, потому что здесь живут дорогие мне люди, которые очень много и тяжело работали. И потому что, я думаю, мы можем изменить ситуацию и вышвырнуть из власти коррупционеров. Мы можем собрать честных, профессиональных людей, которые смогут сделать что-то. Да, я могу это сделать.

– Собираетесь ли вы оставить высокие зарплаты у директоров госпредприятий?

– Я думаю, что большинство этих руководителей должны находиться за решеткой, потому что они не только получают высокие зарплаты, но еще и воруют. Я помню, когда велся разговор о высоких зарплатах, одним из аргументов был существенно лучший менеджемент, а деятельность предприятий лучше. К сожалению, уровень зарплат чаще всего никак не сказывается на результатах их работы.

– Лидеры платформы DA и ЛДПМ объявили, что поддерживают вашу кандидатуру. А почему их электорат должен поступить также?

– Потому что у них точно такие же цели как и у нас. Они тоже хотят избавить Молдову от коррупционеров и создать государство, в котором хочется жить. Это общая задача для всех граждан республики, вне зависимости от политической принадлежности. На сегодня самое важное – не допустить, чтобы президентом стал человек из клана Плахотнюка. Напротив, в стране должен появиться глава, который сможет объявить войну коррупционерам и начать процесс освобождения государства. А уже на парламентских выборах люди смогут проголосовать за ту партию, которая им наиболее симпатична.

– Говоря о молодых специалистах, скажите, есть ли у них перспективы с зарплатами в 2-3 тысячи леев?

– Тяжело представить, как можно выжить на такую зарплату. Знаю, что многие устраиваются на 2-3 работы, чтобы жить в нормальных условиях, взваливают на себя непосильную ношу. И это очень большая трагедия. При этом есть воровство миллиардов и другие преступления, а с другой – минимальные зарплаты и высокие цены.

– В случае, если Плахотнюк отменит выборы, поняв, что ваш рейтинг начинает обгонять рейтинг удобных ему кандидатов, вы выйдете на протесты? Как будете защищать волю граждан, желающих вас поддержать?

– Непременно выйдем, но я надеюсь Плахотнюк и его компания понимают, что это “конец фильма” для него. Дело в том, что международные организации, к которым он обращается, говоря, что хочет здесь что-то построить, сразу все пойму и все для него закончится. Они крепко зависят от денег иностранных партнеров, поэтому не думаю, что они на это пойдут. Но если так случится, мы все выйдем и скажем, что думаем о них и о действующей власти.

– Многие считают, что президент это декоративная фигура, которая мало что решает в нашей стране. Как вы будете бороться с коррупцией и проводить реформы, если окажется, что для этого нужно больше полномочий?

– Президент может быть декоративной фигурой, а может быть и реальной. Все зависит от человека. За время работы в министерстве просвещения я показала, что не могу быть декоративным министром. Главный экзамен для президента – генеральный прокурор. Дальше следуют реформы в юстиции, здесь у главы государства тоже есть некоторые полномочия. Кроме того существует Счетная палата, которая проверяет доходы всех чиновников. Высший Совет безопасности также один из инструментов в борьбе с коррупцией. Я знаю, что будет сложно, но это возможно.

– Какая зарплата должна быть у министра, чтобы он не воровал?

– В случае судей, которым, кстати, подняли зарплату в два-три раза, не было случаев воровства, потому что они знали, что за взятку могут попасть за решетку. Такая же ситуация должна быть и с министрами, и с другими чиновниками. Как только несколько бывших министров попадут за решетку за коррупцию, мы сможем говорить о нормальной зарплате. И, разумеется, зарплата должна отражать реальную ситуацию в экономике. Да, министр должен иметь большую зарплату, но не слишком завышенную, чем в среднем по экономике. Иначе он не будет применять меры для увеличения средней заработной платы.

– А если выяснится, что вы причастны к краже миллиарда?

– Не выяснится, потому что я не причастна. Иначе я бы здесь не сидела. Я ничего не сделала, и ничего не боюсь. Кто угодно может проверить – я чиста и честна.

– Ваше отношение к ЛГБТ-сообществу в Молдове. Ваше личное отношение к гей-парадам на улицах Кишиневе? Они вообще нужны или лучше без них?

– Наша партия выступает за права человека. Права всех людей надо уважать. Да, мы должны больше говорить о толерантности в обществе. Мы хотим построить общество, в котором все будут чувствовать себя хорошо. И я уверена, что это возможно.

– И напоследок не вопрос, а пожелание. Майя Григорьевна, госпожа Санду, народ в большинстве своём разочарован во власти. У меня к Вам нет вопросов, голосовать ни за Вас, ни за кого-либо не собираюсь. Но если так случится, что Вы станете президентом страны, пожалуйста, сделайте как можно больше хорошего для нашей Молдовы, постарайтесь вопреки системе! Спасибо!

– Благодарю. Если поверите в меня сейчас, надеюсь через год вернуться в эту студию и чтобы мы опять обсудили эти вопросы и вы мне скажете, стал ли народ верить в президента.