Виктор Лутенко:" В правительстве меня считают членом NGO, а в гражданском обществе – бюрократом из правительства"

Т.: Г-н Лутенко, какими достижениями Вы гордитесь с того времени, как стали советником премьера Влада Филата по социальным вопросам?

В.Л.: Работаю, прежде всего, с премьер-министром и пытаюсь советовать по большинству вопросов, касающимся социальной сферы. Работаю также с министерствами, которые отвечают за эту отрасль, постоянно держу связь с управлениями Государственной канцелярии, учреждения, которое обеспечивает функционирование процесса принятия решений правительством,  в том числе премьер-министром. Что касается достижений, то здесь следовало бы говорить об изменении менталитета, обретении определенного способа думать. До сих пор мне удалось изменить восприятие проблем социальной сферы, но особенно способа принятия решений по ряду проблем, с которыми мы сталкиваемся. Полагаю, это и есть главное мое достижение.

Очень важно и то, что сделано в области ускорения реформ в области здравоохранения. Я отметил бы также мероприятия под эгидой премьер-министра, касающиеся регулирования в области фармацевтики. Можно говорить и о более активном вмешательстве правительства в политику миграции и связей с диаспорой. Больше гибкости, внимания и эффективности мы добились в области социального страхования, особенно в области специальной помощи. Думается, мы сильно продвинулись в последнее время и в том, что касается включения в социальную сферу  людей с отклонениями, стариков, ромов.

Т.: Назовите три самых крупных проблемы этой сферы деятельности.

В.Л.: Проблем очень много. Трудно дифференцировать их и назвать самую важную. Я бы в большей мере ориентировался на самых важных бенефициантах, которым государство должно оказывать внимание. Будет правильным отметить то обстоятельство, что есть люди, которые находятся ниже порога бедности. Есть проблемы, которые бьют по детям, семьям, старикам. Есть категории, от которых зависит в большой мере восприятие и чувство уверенности в обществе, социальной сфере. Они составляют базу обеспечения будущего и благополучия. Поэтому большая часть усилий, предпринимаемых властью, ориентировано на эти категории.

Т.: Каков Влад Филат как шеф?

В.Л.: Влад Филат как шеф – человек сложный. Вероятно, как и все шефы. Он обладает очень сильным характером, и, конечно, нужно уметь, нужно обладать специальной химией, чтобы взаимодействовать с премьер-министром. Я твердо убежден в том, что отношения между шефом и подчиненным налажены тогда, когда он учится у тебя, а ты учишься у него. За весь этот период я многому научился.  Влад Филат обладает способностью видеть вещи гораздо более масштабно, может подняться над ситуацией, комплексно анализировать составные элементы и находить решения не только в пределах определенного периметра, но и за его пределами. К тому же премьер-министр наделен очень хорошей интуицией, и этому труднее научиться. В целом могу сказать, что я сильно вырос с тех пор, как работаю в правительстве, и полагаю, что на базе этого роста смог предложить более квалифицированную консультацию премьер-министру.

Т.: Над чем работаете в настоящее время?

В.Л.: Передо мной стоит целый ряд видов деятельности, которых я считаю чрезвычайно важными. Один из них касается совершенствования системы социальной помощи, чтобы сделать ее, с одной стороны, более доступной для тех категорий, которые больше всего в ней нуждаются, а с другой стороны, чтобы сократить менее положительные последствия или второстепенные эффекты. Это проблема, с которой сталкиваются почти все страны мира, а способы совершенствования системы различны. Сейчас мы как раз находимся на том этапе, когда нудно оценить все недостатки и внести решения по их устранению.

В то же время мы ведем достаточно важную работу по совершенствованию как институциональной базы, так и политик в области миграции и связи с диаспорой.

Хотелось бы также отметить, что недавно мы одобрили и теперь полным ходом внедряем дорожную карту в области регламентации фармацевтической отрасли, которая является приоритетом для нас.

Т.: Вы один из неженатых советников премьера. Когда нам ждать изменения статуса?

В.Л.: Не думаю, что семья в определении Семейного кодекса является целью в себе. Для меня гораздо важнее чувствовать себя счастливым с человеком, которого я люблю. К сожалению, ситуация несколько сложнее. Человек, который близок моей душе, не находится в стране. Предо мной стоит задача убедить ее вернуться назад, чтобы мы были вместе, и когда я обеспечу стабильность, счастье в том очаге, который мы построим вместе, регистрация отношений будет чисто техническим делом.

Т.: Много лет Вы работали в международных структурах. Скучаете по тем временам? Не сожалеете, что работаете в правительстве?

В.Л.: Не сожалею. Думается, то был правильный, логический шаг. Правда, в международных организациях я многому научился, понял, как думает над перспективой партнер по развитию Республики Молдова. Работал я и в неправительственных структурах, и мне очень близка эта сфера деятельности. Я понимаю способ мышления представителей гражданского общества. Теперь, оказавшись в правительственных структурах, это очень помогает мне, я могу предложить много решений. С другой стороны, должен сказать, что иногда в правительстве считают меня членом неправительственной организации, а в среде гражданского общества называют меня частью правительственной бюрократической системы. Пытаюсь извлечь выгоду из всего этого.

Т.: Что бы Вы посоветовали молодым людям Молдовы?

В.Л.: Думается, основной совет, заключается в том, что Молдова в настоящее время – настоящая страна возможностей, и молодежь должна использовать сполна существующие возможности. И это касается не отдельной отрасли. Я имею в виду все отрасли – бизнес, знания, карьеру в правительственных органах и др. Молдова развивается быстро, и скорость развития лишь интенсифицируется. Мы достигли этапа, когда в большинстве отраслей нет обратного пути.

Т.: Где и кем видите Вы себя через 10 лет?

В.Л.: Трудно сказать, но, думается, буду причастным к развитию Республики Молдова. Для меня очень важно остаться дома, способствовать счастью и благополучию вокруг меня. Я не знаю, означает ли это патриотизм. Для меня патриотизмом являются люди вокруг меня, семья, друзья, коллеги, с которыми работаю, люди, которых я вижу каждый день, которые чем-то страдают. Хотелось бы хоть в малой мере способствовать тому, чтобы сделать их счастливее.