Оазу Нантой: "Россия хочет превратить Приднестровье в неофициальную военную базу"

При этом он утверждает, что переговоры, касающиеся приднестровского урегулирования, не будут результативными до тех пор, пока не будут правильно поставлены акценты  и не будут официально признаны стороны, вовлеченные в конфликт – Молдова и Россия.

Т.: Как Вы оцениваете последние события, связанные с приднестровским досье?

О.Н.: Когда мы говорим о приднестровском досье, то прячемся за пальцем. Проблема формально существует с 1990 года, когда была провозглашена так называемая приднестровская молдавская республика в составе СССР, однако ни молдавское общество, ни избранники молдавского общества не хотят признавать, что это конфликт не внутренний, а между Республикой Молдова и Российской Федерацией. За минувшие годы в так называемом приднестровском досье ничего не произошло. Молдова продолжает беспомощно барахтаться в капкане так называемого формата переговоров.

Т.: Что Вы думаете о том, что Россия, согласно информациям, ввозит новое вооружение в Приднестровье?

О.Н.: Давайте проанализируем поведение Российской Федерации через призму возврата Владимира Путина в Кремль.21 марта 2012годаДмитрий Рогозин был назначен представителем президента Российской Федерации по Приднестровью. 12 апреля текущего года, пренебрегая какой бы то ни было нормой международного права и здравого смысла, министр обороны Российской Федерации Анатолий Сердюков посетил воинские части и склады, которые находятся на территории Республики Молдова. Затем Дмитрий Рогозин, встретившись16-17апреля текущего года с офицерами оперативной группы российских войск на левобережье Днестра, обещал оснастить их новым вооружением.

Теперь очевидно, что Российская Федерация оснастила эти воинские части новым вооружением и новыми транспортными единицами. Та же Россия восстанавливает взлетную полосу на тираспольском военном аэродроме, а среди гражданского общества ходят слухи, что на левом берегу Днестра появится воинская часть боевых вертолетов. Если называть вещи своими именами, то в той ситуации, когда ЕС решил пойти по пути подписания Соглашения об ассоциации с Республикой Молдова, Российская Федерация укрепляет свой контроль над приднестровским регионом, превратив так называемое Приднестровье в официально неразрешенную военную базу и установив полный контроль над местными структурами.

Это можно было бы назвать киприотским сценарием в той ситуации, когда руководство Республики Молдова за более чем 20 лет так и не посмело ясно сформулировать суть конфликта. Речь идет не о войне с кем-то, а о подходе. Бесполезно ждать чудесных изменений в деле реинтеграции Республики Молдова.

Т.: Что изменится в результате решения ЕСПЧ относительно школ с преподаванием на латинской графике на левом берегу Днестра?

О.Н.: Ничего не изменится, ведь Россия проиграла много дел в ЕСПЧ, включая иски собственных граждан, которые касались двух чеченских войн, в ходе которых пострадали десятки тысяч гражданских лиц. Ничего не изменилось и после провозглашения сентенции по делу о группе Илашку, поэтому, думается, и по делу этих школ ничего не изменится. И снова возвращаюсь к тезису о том, что мы прячемся за пальцем. Решения ЕСПЧ говорят о том, что Российская Федерация является актером, который реально контролирует левобережье Днестра и ответственно за это. Возникают вопросы: Какие еще переговоры могут быть? С кем?

Т.: Как Вы считаете, Кишинев эффективно сотрудничает с так называемым руководством Приднестровья?

О.Н.: Не считаю, потому что так называемые руководители Приднестровья – марионетки Российской Федерации, которые послушно выполняют все, что им приказывает Кремль.

Т.: В этих условиях Вы все еще верите в решение приднестровского конфликта?

О.Н.: Все еще верю, поскольку я вижу, как этот конфликт должен быть решен.