Нефтяное загрязнение Днестра: кризис миновал, экологические риски остаются

Всё началось после того, как Российская Федерация атаковала Новоднестровский гидроэлектроэнергетический комплекс в Черновицкой области, расположенный почти в 15 километрах от границы Республики Молдова, 11-ю беспилотниками и четырьмя ракетами. В результате этих ударов в Днестр вылилось более десяти тонн технического масла и других нефтепродуктов, а волна загрязнения двинулась в сторону территории Республики Молдова, пишет ipn.md

«Это было покушение на национальную безопасность, учитывая важное значение этой реки для снабжения питьевой водой значительной части населения Республики Молдова», — утверждает эксперт по вопросам безопасности Павел Хоря.

Первые признаки загрязнения были обнаружены 10 марта в Наславче, в месте входа Днестра в нашу страну. В тот же день были взяты первые образцы воды, а власти установили мониторинг реки на участке протяженностью почти 250 километров, от Наславчи до Дубоссар. Местных жителей призвали употреблять воду только из безопасных источников и не использовать воду из Днестра для бытовых нужд, поения животных или орошения. 14 марта региональный оператор «ACVA-Nord» приостановил забор воды со станции в Косэуць, а водоснабжение муниципалитета Бельцы и районов Сорока, Сынжерей и Флорешть было временно прервано. В общей сложности более 140 тысяч человек остались без водопроводной воды.

«Ситуация оказалась хуже, чем мы ожидали изначально», — заявил бывший премьер-министр Республики Молдова Александру Мунтяну.

Непосредственный кризис удалось преодолеть в течение нескольких дней. Водоснабжение было возобновлено, а власти объявили, что мониторинг больше не указывает на непосредственную угрозу для населения. Почти через пять месяцев после инцидента на Днестре осталось лишь три водозаборных сооружения: в Косэуць, Арионешть и в Кошернице.

«Мы сохраняем плотины, потому что, к сожалению, в соседней стране война затягивается, а в случае аварии, подобной той, что произошла в марте из-за бомбардировки, нам следует быть немного предусмотрительней и лучше подготовленными в случае нового загрязнения», — сообщил заместитель директора Национального управления «Apele Moldovei» Раду Казаку.

Сейчас, похоже, состояние реки восстановилось. Вода снова течёт из кранов, рыбаки вернулись на берег, а власти утверждают, что непосредственная опасность для населения устранена. Кроме того, власти подчёркивают, что не было зарегистрировано случаев массового вымирания фауны, и что в торговую сеть не попала загрязненная рыба. Но исчезновение нефтяных пятен с поверхности воды не означает автоматически, что экосистема восстановилась. Последствия такого загрязнения не всегда проявляются сразу. Некоторые вещества могут оставаться в донных отложениях, влиять на размножение видов или попадать в пищевую цепь, а их воздействие может стать заметным только через месяцы или даже годы, — предупреждают эксперты.

Глава I: Можно ли сегодня говорить, что Днестр снова безопасен?

Для того чтобы экосистема была объявлена восстановленной, недостаточно, чтобы вода вернулась к нормальным параметрам. Необходимо продемонстрировать, что загрязнение не осталось в донных осадках, не повлияло на размножение видов и не оказывает отложенного воздействия на всю пищевую цепь. Именно здесь возникает большинство неизвестного.

В период экологической тревоги Министерство окружающей среды постоянно проводило мониторинг реки в шести пунктах: Наславча, Косэуць, Резина, Оксентя, Моловата и Вадул-луй-Водэ. Было взято 460 образцов и проведено более 4500 лабораторных исследований в сотрудничестве с Агентством по охране окружающей среды и Национальным агентством здоровья (НАОЗ), а также с аккредитованными лабораториями Румынии и Словакии.

В июле Информационное агентство IPN обратилась в НАОЗ с просьбой уточнить, проводился ли анализ и ароматических углеводородов — токсичных соединений, которые могут образовываться из нефти и склонны оседать в донных отложениях. Ответ учреждения показывает, что лаборатории Национальное агентство общественного здоровья не смогли определить всю группу этих органических соединений.

Исчезновение нефтепродуктов из водной массы не означает автоматически их исчезновение из экосистемы.

«На участке Наславча-Сорока прямое воздействие на водную растительность, по-видимому, не было серьёзным. Но проблема в другом: нефть может оседать в отложениях, в почве на берегах и в растительности на пойменных территориях», — уточняет эколог Илья Тромбицкий.

Однако это гипотеза, которую необходимо подтвердить посредством мониторинга. До сих пор власти не обнародовали результаты исследований загрязнения донных отложений или данные о том, остаются ли загрязняющие вещества в экосистеме после их исчезновения из воды.

«Известно, что масло [нефтяное — прим. ред.] имеет гораздо меньшую плотность, чем вода, и просто плывёт на поверхности, но полихлорированные бифенилы, подобно нефти, не растворяются в воде, но всё же обладают определённой растворимостью и приводят к накоплению в органической массе. Как только эти вещества попадают в естественную пищевую цепь, они остаются там в течение нескольких десятилетий, пока не будут обезврежены природой», — говорит эколог Общественной ассоциации «EcoContact» Ион Марин.

Тем не менее, в случае загрязнения нефтепродуктами одной из самых серьёзных проблем является не то, что остаётся на поверхности воды, а то, что оседает на дне реки. Наибольший риск связан с отложениями. В иле, особенно в зонах с низким содержанием кислорода, разложение углеводородов происходит гораздо медленнее, чем в водной толще. Нефтепродукты могут накапливаться в участках со слабым течением, вблизи берегов или в Дубоссарском водохранилище.

«Осадки могут работать как бомба замедленного действия. Загрязнитель больше не виден, но может вновь подняться на поверхность во время следующего паводка или при возмущении ила», — рассказывает эколог Илья Тромбицкий.

Другим признаком загрязнения является смертность водной фауны. Здесь есть основания для осторожного оптимизма. До июля 2026 года власти не сообщали о массовой гибели рыбы. Однако отсутствие этого не означает, что экосистема осталась прежней. В реке с большим дебитом воды загрязнение относительно быстро разбавляется и рассеивается. Кроме того, низкая температура воды в марте — от примерно двух до девяти градусов по Цельсию — замедлила обмен веществ у водных организмов и, возможно, смягчила острые последствия загрязнения.

«Ихтиофауна [прим. ред.: совокупность видов рыб, обитающих в определённом водоеме] не продемонстрировала признаков смертности, однако в ходе предварительных исследований, проведённых научными учреждениями и учёными из научных организаций, было замечено, что ихтиофауна самостоятельно попыталась найти себе убежище. «Животный инстинкт выживания, как я полагаю, помог биоразнообразию спастись», — отмечает эколог из «EcoContact» Ион Марин.

Другими словами, имеющиеся на этот момент данные не указывают на какую-либо заметную биологическую катастрофу. Однако их недостаточно для доказательства того, что загрязнение не оставило следов в донных отложениях, в мелких организмах, составляющих основу пищевой цепи, или в местах размножения рыбных видов.

Глава II: Как загрязнение повлияло на водную фауну?

Загрязнение достигло Днестра в один из самых уязвимых для экосистемы моментов. Март и апрель знаменуют начало миграции и нереста для многочисленных видов рыб. В этот период судак, щука, окунь и лещ откладывают икру на затопленной растительности, а угорь, сырть и пескарь нуждаются для размножения в участках с течением и каменистым или песчаным дном. В случае загрязнения эти места обитания рыбы могут стать непригодными именно в тот период наибольшей уязвимости видов.

«Половозрелые рыбы будут избегать загрязнённых зон из-за запаха и токсичности, будучи вынуждены мигрировать во вторичные места обитания, зачастую неблагоприятные для нереста. Кроме того, в 2026 году не было паводка, что создало препятствие для откладывания икры на прибрежной растительности», — говорит эколог Илья Тромбицкий.

Специалисты предупреждают, что воздействие такого загрязнения не следует оценивать только по количеству погибших рыб. Если это навредит репродуктивной функции, то последствия могут стать заметными только через один или несколько лет, когда появятся новые поколения, за которыми необходимо будет наблюдать.

«Реальное воздействие может стать известно только в последующие месяцы и годы: из-за меньшей выживаемости мальков, проблем с размножением или изменений в пищевой цепи», — утверждает эколог Илья Тромбицкий.

Именно поэтому в критический период власти пытались снизить дополнительную нагрузку на экосистему. С 13 марта по 1 апреля на участке между Наславчей и водохранилищем Дубэсарь был введён запрет на рыбную ловлю. Сразу после отмены этого ограничения вступил в силу ежегодный запрет на время нереста рыб, действовавший с 1 апреля по 15 июня.

На данный момент нет общедоступных доказательств того, что сезон нереста был нарушен. Но и данных, исключающих такое влияние, тоже недостаточно. Для ответа на этот вопрос необходим долгосрочный биологический мониторинг, а не только анализ воды.

Глава III: Пригодна ли рыба из Днестра для употребления в пищу?

ВО: Для потребителей наиболее важный вопрос заключается в том, попала ли рыба из пострадавшего сектора на полки магазинов. Национальное агентство по безопасности пищевых продуктов (ANSA) утверждает, что коммерческое рыболовство в реках Республики Молдова не регулируется, но любительское рыболовство разрешено.

«Поэтому в соответствующей ситуации риска попадания рыбы из этой реки в тот период [прим. ред. — нефтяного загрязнения] не было», — поясняет исполняющий обязанности генерального директора ANSA Александр Манчу.

ANSA также заявляет, что не было необходимости брать образцы рыбы. По данным учреждения, не было зафиксировано случаев массовой гибели рыбы, которые оправдывали бы лабораторные исследования водной фауны.

«Мы проводили мониторинг ситуации на реке Днестр и обсуждали возможность проведения забора образцов для выполнения установленных лабораторных анализов при обнаружении повышенной смертности водных животных. Однако, несмотря на это, отрадно, что не было зафиксировано ни одной ситуации, требующей забора образцов из-за массовой гибели водных животных», — добавил исполняющий обязанности генерального директора ANSA Александр Манчу.

Однако здесь возникает важное ограничение официальных данных. Отсутствие массовой гибели рыбы не послужило поводом для лабораторных анализов. А без образцов, взятых у рыб, икры или мальков, невозможно сполна оценить, оказало ли загрязнение воздействие на водные организмы или на поколение, которое должно было появиться в этот нерестовый сезон.

Глава IV: Сколько времени потребуется Днестру, чтобы оправиться от этого экологического шока?

Спустя почти пять месяцев после загрязнения власти заявляют, что непосредственная опасность миновала. Но для экосистемы возвращение к нормальному состоянию нельзя измерить возобновлением водоснабжения или исчезновением масляных пятен на поверхности реки. Реку можно считать восстановившейся только тогда, когда вода, донные отложения, водные организмы и среда обитания вернутся к стабильным параметрам. И это невозможно доказать посредством только одного раунда анализов.

«Загрязнение, как правило, характеризуется тремя параметрами. Всё зависит от физических, химических и биологических показателей. Если природа создаёт благоприятные условия для уничтожения загрязняющего вещества, то она сама восстановится и очистится», — отмечает эколог «EcoContact» Ион Марин.

Темпы восстановления колеблются от одного компонента экосистемы к другому. Вода в быстротекущей реке может очиститься относительно быстро, но нефтепродукты, осевшие в иле, могут сохраняться от пяти до пятнадцати лет в зависимости от течений, температуры, уровня кислорода и типа загрязняющего вещества. В настоящее время недостаточно долгосрочных измерений, чтобы с уверенностью сказать, насколько сильно пострадала экосистема Днестра.

«Если говорить о стойких органических загрязнителях (СОЗ), которые запрещены на международном уровне, то они оказывают воздействие на репродуктивную систему. Либо самец теряет репродуктивную способность, либо у самок происходит подавление выработки женских гормонов. В ходе мониторинга наблюдается снижение уровня воспроизводства, и впоследствии учёные должны установить причину. Поэтому нам необходим непрерывный мониторинг, чтобы отслеживать рост биоразнообразия, его развитие или сокращение», — считает эколог из «EcoContact» Ион Марин.

Однако риск не ограничивается водой и водной фауной. Общественная организация «EcoContact» отмечает, что необходимо также проводить мониторинг земель, орошаемых водой из реки Днестр, а также сельскохозяйственной продукции, получаемой с этих площадей.

«Следует обращать внимание на остаточные вещества в пищевых продуктах, образующиеся в результате сельскохозяйственной деятельности. Если обнаруживается остаток с определённым органическим компонентом, происхождение которого неизвестно, следует связать это с тем, что источником загрязнения могут быть поверхностные воды или вода из Днестра», — говорит эколог из Общественной организации «EcoContact» Ион Марин.

Согласно имеющимся данным, кризис не привёл к возникновению признаков надвигающейся биологической катастрофы: массовых случаев гибели рыбы не зафиксировано, а власти заявляют, что прямой риск для населения был ограничен. Но это не означает, что воздействие на экосистему можно считать завершённым.

Для установления того, повлияло ли загрязнение на донные отложения, мальков, икру, репродуктивную способность рыб или земли, орошаемые водой из Днестра, необходим мониторинг в последующие сезоны, как минимум в течение двух-трёх лет. А до тех пор правильным выводом будет не то, что Днестр серьёзно пострадал в долгосрочной перспективе, и не то, что загрязнение исчезло бесследно. Дело по этой экологической проблеме остаётся открытым, а восстановление реки должно контролироваться и подтверждаться доказательствами.

Глава V: Может ли Молдова потребовать компенсацию от Российской Федерации?

Если многие вопросы, касающиеся воздействия на окружающую среду, остаются без ответа, то возникает другая проблема: сможет ли Республика Молдова доказать, что Российская Федерация должна нести ответственность за загрязнение Днестра?

Вскоре после инцидента, 17 марта, Министерство иностранных дел вызвало назначенного посла Российской Федерации в Кишинёве Олега Озерова. Российскому дипломату вручили ноту протеста, а на стол обсуждений даже поставили бутылку воды, загрязненной нефтепродуктами. Уходя посол отказался дать объяснения.

«- Я не желаю комментировать.

— Почему вас вызвали?

— Я же вам сказал, обратитесь в МИД», — заявил назначенный посол России в Кишинёве Олег Озеров.

Через несколько месяцев после инцидента редакция обратилась в Министерство иностранных дел с просьбой уточнить, были ли направлены официальные обращения в Российскую Федерацию по поводу возмещения ущерба, а также были ли уведомлены международные учреждения об этом случае трансграничного загрязнения. Министерство не дало прямого ответа на эти вопросы, а подтвердило лишь факт вызова представителя Российской Федерации:

«Министерство иностранных дел вызвало назначенного посла Российской Федерации в Кишинёве для вручения ему ноты протеста властей Республики Молдова в связи с атакой Российской Федерации на гидроэнергетическую инфраструктуру «Новоднестровск», которая создала серьёзные угрозы для окружающей среды и безопасности водоснабжения Республики Молдова. Дополнительную информацию по данному вопросу, в том числе о последствиях инцидента и мерах, принятых для урегулирования этой ситуации, может предоставить компетентное учреждение — Министерство окружающей среды Республики Молдова».

Между тем, Инспекторат по охране окружающей среды оценил ущерб, нанесённый водным ресурсам, в более чем 445 миллионов леев. Однако эта оценка охватывает лишь ущерб, рассчитанный в отношении водных ресурсов. Она не включает отдельно возможные последствия для биоразнообразия, рыбных ресурсов, здоровья населения, орошаемых водой из Днестра сельскохозяйственных угодий или государственных служб, пострадавших от кризиса.

Дело также находится в центре внимания Генеральной прокуратуры. Уголовное дело было возбуждено 16 марта, а 4 мая началось судебное преследование с целью установления всех обстоятельств.

«Приобщаются доказательства, в том числе документы, результаты лабораторных анализов и другие материалы, необходимые для установления фактических обстоятельств, оценки воздействия на окружающую среду и определения возможных рисков или последствий для здоровья населения», — отметила пресс-секретарь Генеральной прокуратуры Виолина Морару.

Прокуратура уточняет, что использует механизмы международного сотрудничества, предусмотренные национальным законодательством и применимыми договорами, в том числе в отношении властей Украины. Расследование продолжается.

«По завершении уголовного преследования и в той мере, в какой это позволит закон, Генеральная прокуратура проинформирует общественность о результатах расследования», — уточняет пресс-секретарь Генеральной прокуратуры Виолина Морару.

Как отметил эксперт по вопросам безопасности Павел Хоря, любой возможный иск о возмещении ущерба, предъявленный Российской Федерации, будет зависеть не только от политического контекста, но и от существования хорошо документированного технического досье, подтверждающего связь между атакой, трансграничным загрязнением и ущербом, нанесённым Республике Молдова.

«На данном этапе войны, а также если по итогам её завершения или в послевоенный период режим Российской Федерации существенно не изменится, то эта инициатива не будет иметь шансов на успех. Или, по крайней мере, Российская Федерация, даже если мы и добьёмся победы в международном суде, не будет выполнять обязательства, установленные в результате этого решения», — считает эксперт по вопросам безопасности Павел Хоря.

Через почти полгода с момента загрязнения Днестра ясно одно: непосредственный кризис удалось преодолеть, однако экологическое дело далеко от завершения. Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что острых видимых биологических последствий не наблюдалось, однако их недостаточно, чтобы исключить последствия для донных отложений и размножения видов.

Именно поэтому мониторинг в ближайшие годы будет иметь не только научное, но и юридическое значение. От него будет зависеть, сможет ли Республика Молдова доказать весь масштаб ущерба и будет ли у неё достаточно доказательств, чтобы потребовать от Российской Федерации ответственности за вызванный кризис.