Ион Плешка: «Не думаю, что на правосудии сегодня стоит спекулировать»

На протяжении 25 лет он был судьей и председателем суда сектора Ботаника в столице. Женат, имеет двоих детей. В сентябре Ион Плешка был награжден Орденом Почета.

- Господин Плешка, в отличии от периода, когда Вы были депутатом, с момента, когда стали председателем Апелляционного суда, Вы не особо практикуете публичные выступления. Иногда складывается впечатление, что Вы избегаете общения с прессой.

- Это ложное впечатление. На самом деле я никогда не отказывался комментировать тот, или иной случай. Конечно, когда речь шла о том, чтобы прокомментировать детали дел, которые находятся на рассмотрении суда, которым я руковожу, тогда я отказывал, потому что закон не позволяет мне разглашать эту информацию. А так у меня хорошие отношения с прессой, за исключением случаев, когда она поступает недобросовестно.

- В последнее время Апелляционный суд критикуют за рэйдерские атаки, или в отношении контекста некоторых уголовных дел, имеющих широкий общественный резонанс...

- Критика в наш адрес понятна, но надо понимать, что Апелляционный суд – это не последняя инстанция. Все решения суда пересматриваются еще и Верховным судом. Когда он решает, что закон не был применен правильно, ошибки исправляются. Пока что те дела с общественным резонансом еще не дошли до Верховного суда, поэтому делать какие-то выводы рано.

- Как Вы видите отношения между прессой и юстицией?

- По демократическим нормам, отношения прессы и юстиции складываются на доверительной основе, то есть судьи предоставляют прессе информацию в тех рамках, которые предполагает закон, а пресса аккуратно и объективно реагирует на них. Пресса должна нести ответственность за предоставленную ею информацию и понимать, что за каждым делом – судьбы людей. То, что для прессы – новость, о которой завтра все забудут, для лиц, вовлеченных в судебный процесс – боль и иногда даже драма. Поэтому надо учитывать моральную сторону вопроса.

- Если мы все таки затронули проблему доверия юстиции, как Вы прокомментируете недавние публикации в прессе о кредитах Вашего сына?

- Никак не прокомментирую, потому что я не привык комментировать ложь. Думаю, надо сделать только несколько уточнений по этому поводу. Мой сын с партнером по бизнесу начали свое дело еще задолго до того, как я стал председателем Апелляционного суда, когда я еще был в оппозиции. Моему сыну в этой фирме принадлежит всего 25%. Не имея достаточно денег для развития бизнеса, он взял кредит в банке. Так поступают все бизнессмены и мой сын не исключение. Ассигнования гарантируются залогом всего достояния общества и другим имуществом. Это легко проверяемые факты, поэтому те, кто устроил это расследования с целью найти что-то экстраординарное, просто не были в этом осведомлены.

- Как Вы объясните тот факт, что хотя демократические сдвиги произошли после 2009 года, доверия правосудию у людей не прибавилось?

- Да, доверия маловато. Для того, чтобы понять, почему это так, надо понять, из чего состоит доверие к правосуди. И это не такая уж простая тема.

- Доверие основано в первую очередь на качестве решений.

- Да, но это не ключевой элемент. По статистике, треть населения РМ обращается в органы правосудия. Те, кто выигрывал дела – довольны, те кто нет – нет. Я обясняю недоверие отношением государственных чиновников к правосудию, правильностью отражения деятельности органов правосудия прессой. Эти два фактора формируют общественное мнение.

- Премьер министр недавно заявил, что «правосудие должно охраняться в первую очередь интересами тех, кто у власти»...

- Если Влад Филат имеет ввиду то, о чем я говорил выше, то он прав. С другой стороны есть те, которые утверждают, что «увеличение зарплаты магистратов может привести к увеличению взяток, а не к снижению коррупции». Если следовать этой логике, то судьям вообще не надо платить зарплаты. Не думаю, что юстиция, это та область, на которой надо спекулировать. Ни одно должностное лицо, кроме бывшего министра юстиции, не упомянуло тот факт, что три года Молдову не наказывают каждую неделю в ЕСПЧ, а количество прошений уменьшилось втрое. Это значит, что работа идет в лучшую сторону. Никто не задумывается, каково судье, которому приходится изучать по 30 дел в день. Поэтому здравый смысл должен присутствовать во всем, как в похвалах, так и в критике. Те структуры, которые формируют общественное мнение: пресса, политики, аналитики, гражданское общество должны понимать, что усиление доверия в правосудие должно быть результатом совместных усилий, а не только одних судей.