Депутат от ЛП Анна Гуцу в роли преподавателя

Т.: Когда началась Ваша преподавательская работа?

А.Г.: Свою карьеру я начала в1984 гв Тираспольском университете, который тогда назывался Тираспольским педагогическим институтом, в качестве секретаря кафедры иностранных языков, а параллельно вела лекции французского языка. По истечении года работы мне сказали, что для меня чесов нет, и я была вынуждена пойти в Тираспольскую среднюю школу № 2 (русская школа), где у меня были часы французского и румынского языков в 5-х – 10-х классах. Так и началась моя педагогическая карьера.

Работая в Тирасполе, я была зачислена в докторантуру в Кишиневе на заочное отделение, как было принято тогда. Четыре года я работала над диссертацией, которую защитила в 1992 году. Правда, я не уложилась в эти четыре года, прихватила еще три года, так как написать докторскую диссертацию по филологии не так просто. У меня не было возможности получить доступ ко всей западной научной литературе, поэтому была вынуждена поехать в московские библиотеки, поскольку границы были закрыты, поэтому моя докторская диссертация основывалась с доктринерской, но и с критической точки зрения на работах тогдашних русских лингвистов. По возвращению в Кишинев, продолжила свою карьеру в Аграрном университете, затем в ASEM и позже в ULIM-е, где работала преподавателем, заведующей кафедрой, деканом, проректором по международным связям, проректором по науке, а с 2005 года являюсь первым проректором.

Т.: Сколько времени отнимает у Вас работа в ULIM-е?

А.Г.: Больше всего времени у меня отнимает менеджерская деятельность, так как у меня не так уж много активных часов. Есть у меня докторанты, которые пишут диссертации под моим руководством, и это меня радует. В нынешнем году я перешла на модульную систему. Лекции читаю интенсивным методом, чтобы политические часы не пересекались с дидактическими часами. Добрая часть времени отводится научным исследованиям, ведь у меня около 200 научных публикаций. Примерно так чередуются виды моей деятельности, которые кажутся мне существенными для моей карьеры, так как политика была и есть отклонением от основного рода моих занятий, и, видимо, будет кратковременной. У меня нет проектов, связанных с политической карьерой, которые заставили бы меня полностью отказаться от своей университетской деятельности.

Т.: Как Вам удается сочетать преподавательскую работу с работой депутата и с «должностью» мамы?

А.Г.: По мне, значение имеет семья. Если в семье все хорошо, то и все остальное ладится. Но чтобы все ладилось, нужно быть организованным человеком. Статус депутата – это нечто временное, я служу людям, занимаюсь и я кое-какими интерпелляциями, пишу письма, вношу законодательные инициативы, которые, между прочим, соприкасаются с моим профессиональным опытом, потому что ни одна инициатива, которая касается образования, не относится к категории неопределенного. Университетский профессор видит на три-четыре шага вперед и знает намного больше, чем политик и не только.

Т.: Что хотелось бы Вам изменить в сфере образования?

А.Г.: Хочется, чтобы в сфере образования Республики Молдова были реализованы реформы. Нужно преобразовать систему основательно, срочно, и чем быстрее, тем лучше. Это преобразование зависит, прежде всего, от политической воли, ведь до сих пор так и не был принят Кодекс об образовании и очень жаль. Нас 64 автора, проект весьма хороший, но, поскольку запаздывает его принятие, запаздывают и остальные реформы.

Отрадно, что у меня есть ученики, последователи, которые реализовались не только здесь, но и за рубежом. Многие из них решили заняться политической карьерой, но не обязательно в качестве политических деятелей, а в штабах крупных европейских парламентских групп. Есть у меня ученики, которые остались здесь, защитили докторские диссертации или занимают менеджерские должности.

Я никогда не мечтала стать преподавателем. Я хотела заниматься иностранными языками, поскольку они мне всегда нравились. Мой отец был преподавателем истории и румынского языка, иногда преподавал и французский язык, даже стихи писал на французском языке. Он и передал мне эту любовь к языкам, вообще к искусству. Поэтому у меня была возможность их изучать, но Республика Молдова являлась закрытым государством в советское время, и это обстоятельство не позволяло реализовать свои лингвистические способности, кроме как в учебном заведении.

Возможно, мне хотелось бы работать в системе дипломатии – многие мои коллеги стали дипломатами, служили Республике Молдова, а потом и в международных структурах. К слову, большинство дипломатов - филологи по первоначальному образованию. Но это уже другая тема.