Бывшая жена главы пресс-службы PCCOCS обратилась за защитным ордером

Меры были приняты в интересах несовершеннолетнего ребенка и предусматривают, в частности, временное выселение Гайтура из общего жилья, соблюдение дистанции не менее 300 метров и запрет на контакты с потерпевшей. Суд также постановил в обязательном порядке применить электронный мониторинг сроком на один месяц, сообщает agora.md

Заявление подала бывшая жена Эмиля Гайтура в собственных интересах и в интересах несовершеннолетнего ребенка.

Изначально женщина просила применить меры защиты сроком на 90 дней, однако суд частично удовлетворил заявление и установил срок в один месяц.

В обращении в суд бывшая жена описала несколько случаев поведения, которые она считала неподобающими по отношению к несовершеннолетнему ребенку и которые, по ее мнению, негативно повлияли на его эмоциональное состояние.

«В последнее время подобные случаи повторяются все чаще. Считаю, что они могут быть связаны с разводом 3 июля 2026 года как с определенной формой враждебности, протеста, агрессии. Неясно, какова цель, однако считаю, что психика несовершеннолетнего ребенка чрезвычайно страдает от такого поведения», — говорится в представленных суду аргументах.

Судья рассмотрела эти обстоятельства и пришла к выводу, что в описанной в заявлении ситуации поведение отца могло создать основания для вмешательства властей с целью защиты ребенка.

В мотивировочной части решения Кишиневский суд отметил необходимость предотвращения «риска для безопасности, здоровья и психоэмоционального состояния несовершеннолетнего ребенка» и счел необходимым применить меры защиты.

«Суд устанавливает наличие актов психологического насилия в отношении несовершеннолетнего ребенка. [...] Суд считает, что инциденты, описанные в ходе судебного заседания, свидетельствуют о серьезной ошибке в поведении со стороны отца.

Обстоятельства дела, отношения, сложившиеся между сторонами и несовершеннолетним ребенком, создают видимость возможного продолжения психологического насилия, в связи с чем несовершеннолетний ребенок должен воспользоваться мерами защиты, предусмотренными Законом о предупреждении и борьбе с насилием в отношении женщин и семейным насилием», - говорится в решении Кишиневского суда от 5 августа 2026 года. 

Защиту запросили после серии инцидентов?

Бывшая жена Эмиля Гайтура рассказала, что решила обратиться в суд за защитой после того, как заметила, что определенные действия бывшего мужа негативно влияют на ребенка.

Женщина уточнила, что до вынесения ордера ранее не обращалась с просьбой о применении мер защиты. Она также рассказала, что после развода они некоторое время продолжали жить в одном доме, пока решали вопросы, связанные с совместным имуществом.

При этом бывшая жена утверждает, что во время брака подвергалась психологическому и финансовому насилию, а также что были несколько эпизодов, которые она воспринимала как физическое насилие.

Она рассказала, что не подавала заявлений в связи с этими эпизодами и не документировала соответствующие случаи.

«Психологическое и финансовое насилие очень сложно доказать», — сказала женщина.

По ее словам, решение обратиться за защитным ордером было прежде всего обусловлено ситуацией с ребенком.

Эти обстоятельства также были изложены в суде. В своем заявлении женщина указала, что причиной расторжения брака были «психологическое, сексуальное и иногда физическое насилие на протяжении нескольких лет».

Из судебного решения следует, что бывшая жена не представила доказательств, подтверждающих указанные эпизоды насилия в отношении нее.

Электронный браслет мог так и не быть установлен

Несмотря на то что суд постановил в обязательном порядке применить электронный мониторинг, бывшая жена Эмиля Гайтура утверждает, что устройство ему так и не установили.

Женщина рассказала, что после вынесения ордера связалась с Национальной инспекцией пробации, где ей первоначально сообщили, что с ней свяжутся, когда мера будет применена. Позже ей якобы сказали, что власти не могут установить местонахождение Гайтура и что ей необходимо обратиться в полицию.

Бывшая жена утверждает, что в тот же период, когда ей сообщили, что власти не могут найти Гайтура, она вместе с ребенком случайно встретила его в городе.

«Как мы могли случайно встретить его, а они не могли его найти?» — задается вопросом женщина.

По словам бывшей жены, Эмиль Гайтур не нарушал защитный ордер в период его действия.

Впоследствии мера защиты продлена не была.

Отметим, что Эмиль Гайтур обжаловал судебный акт. Его апелляция была зарегистрирована в Апелляционной палате 24 сентября этого года. На портале судебных инстанций пока не указано ни одного назначенного заседания.

Чтобы проверить информацию об электронном мониторинге, 24 сентября журналисты запросили официальный ответ у Национального инспектората пробации.

На момент публикации статьи учреждение не предоставило официальный ответ, объяснив это большим количеством запросов, находящихся на рассмотрении.

При этом ведомство не подтвердило и не опровергло информацию по делу Гайтура, однако уточнило, что учреждение «не отвечает за установление местонахождения лица» с целью применения электронного браслета.

Что говорит Эмиль Гайтур

Журналисты попытались получить комментарий Эмиля Гайтура. Впервые связались с ним 23 сентября этого года. На повторные сообщения и телефонные звонки в последующие дни он не ответил.

В суде Эмиль Гайтур просил отклонить заявление, утверждая, что изложенные обстоятельства не соответствуют действительности. Он заявил, что находится в процессе раздела имущества с бывшей женой и после урегулирования всех вопросов они должны окончательно разъехаться.

Кроме того, Гайтур заявил, что несовершеннолетняя дочь «находится под влиянием матери и регулярно лжет», говорится в решении Кишиневского суда.

Позиция Гайтура будет опубликована сразу после ее получения.

Что говорит PCCOCS?

Журналисты также запросили комментарий у PCCOCS, в том числе относительно того, инициировало ли ведомство какие-либо внутренние обсуждения или процедуры в отношении Эмиля Гайтура в связи с вынесенным судом защитным ордером.

24 сентября журналисты связались с главой PCCOCS Виктором Фуртунэ, однако на момент публикации статьи ответов на заданные вопросы не получили.