point news
Новости
  • 9
  • 0
  • 10061

В четырехкилометровой шахте под Кишиневом до сих пор добывают материал для строительства

«Мой белый город, ты цветок из камня...», – поется в известной песне.
«Мой белый город, ты цветок из камня...», – поется в известной песне.

Действительно, из камня, добываемого, кстати, в лабиринтах Кишиневской шахты, стволы которой были проложены в конце 60-х годов минувшего столетия на окраине нашей столицы именно для добычи стенового камня, придавшего городу такой чистый нарядный вид.

Но со временем Кишинев разросся, и сегодня над горными разработками расположены жилой микрорайон Рышкановка, крупнейший завод «Мезон», многие другие промышленные и гражданские объекты, частные особняки.

Многие здания столицы того периода, особенно жилищные объекты, построены из добываемого в недрах города белого стенового камня, более известного в быту как котелец. Разрабатывается он на глубине от 70 до 100 метров и, несмотря на  появившееся за последние годы несметное количество разновидностей строительных материалов, до сих пор пользуется огромным спросом  у жителей республики.

Камень камню рознь

Правда, послушав специалистов, узнаешь, что и «котелец котельцу» рознь. Например, далеко не весь котелец может «похвастаться» такими отменными характеристиками, какими обладает строительный камень, добываемый горняками кишиневской шахты. Его пласты образовались из морских отложений в средне-сарматский исторический период, что на языке специалистов называется оолитовым известняком.

Именно оолиты (микроскопические круглые шарики) придают такую крепость кишиневскому стеновому камню, в отличие от соответствующей продукции из широко известных Криковских и Мало-Милештских, а также десятков других молдавских шахт, где также добывается известняк, но уже ракушечный. Из-за большого количества морских моллюсков в их структуре кишиневские «коллеги» менее тверды и прочны. К примеру, из кишиневского котельца, который имеет три марки прочности – 50, 75 и 100, в столице возведены не только 3- и 5-, но и 10-этажные здания!, – с гордостью говорит главный инженер-геолог Кишиневской шахты Ирина Михайловна Попкова.

Каменные отголоски далекой эпохи  

Ирина Михайловна готова часами рассказывать об этом строительном камне, за удивительные качества которого он воспет в гимне нашей столицы. «Мой белый город, ты цветок из камня» – это именно тот кишиневский  котелец, или блок, из которого построены сотни и тысячи домов не только в столице, но и по всей республике. За десятки лет деятельности этой шахты в ее недрах разработчики находили много удивительных вещей, в том числе окаменелые кости древних птиц и животных. А однажды в массиве известнякового пласта  шахтеры увидели и сохранили на память каменную фигурку, напоминающую детскую ступню.

Снизу шахта — сверху парк

С виду кишиневские каменоломни ничем не напоминают шахту – над ней шумит листвой парк. Оказывается, в 1969 году, когда было принято правительственное постановление о начале добычи камня на этом месте, чтобы сохранить лесной массив на окраине тогдашней столицы, было решено всю горнодобывающую инфраструктуру «загнать» в саму шахту. Не только камнерезные машины, но и трансформаторы, кран-балки, мехмастерские и другие объекты находятся в недрах городской шахты. Так мудро спасли тогда Кишинев от довольно грязного и пыльного производства строительного камня.

Многие солидные строительные компании, несмотря на обилие современных стройматериалов (пенобетон, газо-пенобетон, фортан, другие стеновые материалы), остаются верными сторонниками кишиневского котельца. Естественно, не брезгуют им и новые молдавские нувориши, предпочитающие возводить себе особняки именно из этого камня ― натурального материала, прочного и надежного защитника от холода и жары.

Кризис спустился и под землю  

Однако экономический кризис коснулся и отечественной горнодобывающей отрасли, и добыча стенового камня сократилась в два-три раза по сравнению с советским периодом.  

– Если в пик массовой застройки Кишинева во времена СССР в нашей шахте трудились 24 бригады, работавшие в две смены, то сейчас 7 коллективов трудятся в одну смену. Тогда ежегодно добывалось до 70 тыс. кубометров камня, а сегодня выдаем на гора всего 15 тыс. кубов, –  с сожалением вспоминает те времена директор столичной шахты, по совместительству председатель Ассоциации горнодобывающих предприятий Молдовы Маариф Рагимов.

В Молдову он приехал в 1984 году по направлению после окончания Бакинской нефтяной академии, проработал специалистом по разработке полезных ископаемых в ряде карьеров страны, главным инженером Кишиневской шахты и вот уже почти два десятка лет возглавляет ее. Сейчас в Ассоциации горнодобывающих предприятий Молдовы, председателем которой является Маариф Рагимов, входят 13 шахт и карьеров страны.

Есть чем гордиться

Директор Кишиневской шахты рассказал нам, что, несмотря на все кризисные явления, продукция предприятия пользуется неизменным спросом. Например, почти 80% храмов страны возведены именно из кишиневского стенового камня. Из него же построен известный во всем регионе стадион «Шериф» в Тирасполе, а в Одессе из молдавского котельца возведен прекрасный собор Архангела Михаила. До вступления в ЕС  Румыния охотно покупала кишиневский стеновой камень для строительства туристических комплексов. Правда, за последние 3-4 года шахта осуществляет  только внутренние поставки своей продукции.

Точит вода и камень

Кстати, столичной примэрии принадлежат 64% акций АО «Кишиневская шахта», однако о заботах и проблемах самой шахты городские чиновники мало что знают. К примеру, о реальной опасности приостановки деятельности предприятия из-за скопления в его разработках огромного количества подземных вод. Если в первые годы добычи камня ее откачивали для своих технологических нужд завод «Мезон» и десятки близлежащих предприятий, то с развалом промышленности вода начала быстро скапливаться в шахте. Создавая, таким образом, реальную угрозу не только предприятию, но и целому комплексу производственных и жилых зданий микрорайона Рышкановка, под которым проложены шахтные стволы.

До 2009 года мы откачивали подземные воды за счет шахты, затрачивая на эти цели 500-600 тыс. леев ежегодно. Мы попытались привлечь внимание к проблеме откачки воды представителей республиканского Управления геологии, «Апэ-канала», завода «Мезон», но, к сожалению, каждый из них счел, что этот вопрос их не касается. Правда, шахту на один год освободили от уплаты налога на прибыль, НДС и от платы за добычу, но сэкономленные таким образом средства полностью ушли на строительство водоотвода, а затраты на откачку опять полностью легли на плечи работников шахты. В итоге заметно повысилась стоимость добычи стенового камня, снизилась его конкурентоспособность перед продукцией профильных предприятий, ― отметил директор шахты.

Трудовые будни

И все же, невзирая на все трудности, ежедневно в мрачные и сырые подземные разработки спускаются десятки горняков, чтобы выдать на гора сотни и тысячи кубометров котельца. Каждому из них приходится за смену перетаскивать от камнерезной машины до ближайших поддонов  от 10 до 15 тонн камня. Затем он доставляется к кран-балке и грузится в ожидающий транспорт заказчиков котельца. Практически большая часть добываемого стенового камня уходит «с колес», так как делать его запасы в шахтном стволе из-за большой влажности нет возможности.

Не бояться, но помнить

― Опасаться, что в одночасье все наверху провалится в шахту, не стоит –  при ее разработке были рассчитаны многие параметры безопасности, да и ствол шахты пролегает на глубине свыше 70 метров. Однако вовсе игнорировать проблему откачки подземных вод также нельзя – влага потихоньку губительно влияет на известняк, ослабляя некогда казавшиеся мощными и незыблемыми каменные колонны, – твердят в один голос директор и главный инженер-геолог Кишиневской шахты.

Действительно, решить проблему откачки подземных вод из Кишиневской шахты могли бы и столичная примэрия, владеющая основным пакетом акций предприятия, и АО «Апэ-канал». Тем более что скапливающаяся подземная вода довольно хорошего качества и могла бы, при соответствующей, очистке поступать в городские водопроводные сети. Сами шахтеры безбоязненно ее пьют, правда, предварительно отстаивая от известкового осадка.

Дмитрий Огузов